Девять пауков в одной банке

Все это выглядело чертовски подозрительно, однако что-то подсказывало мне, что это — не ловушка. Поколебавшись еще несколько секунд, я решился:

— Ладно, давайте прокатимся. Но учтите — если что-то пойдет не так, лично вас я прирежу первым.

— Уверяю вас, мы бы никогда не стали…

Я махнул рукой, прося Корониуса прекратить болтовню. Пожив несколько лет в Семье, я совершенно утратил способность верить чьим бы то ни было заверениям о добрых намерениях.

Когда мы отправились в путь, и я ощутил, как меняется ткань Отражений, я полюбопытствовал у своего спутника:

— Каким образом вы перемещаетесь из мира в мир?

— Так же, как и создаем заклинания.

С помощью Сломанного Лабиринта.

— Что это еще такое?

— Простите… мне трудно объяснять и одновременно менять Отражения.

— М-да?.. — Я скептически посмотрел на друида. У меня была такая же проблема… в первые два-три месяца после посвящения, когда я толком еще не умел работать с Отражениями. Впрочем, если этот Корониус — смертный, научившийся каким-то образом ходить по мирам, то не исключено, что в его случае эта же проблема носит пожизненный характер.

— Ладно. Подождем до замка.

Спустя полтора часа — за это время мы перебросились едва ли десятком слов — показался, наконец, и замок: большое строение, из которого вырастала центральная башня в окружении восьми башен поменьше. Корониус устал, но старался не подавать виду.

Когда мы подъехали ближе, опустился подъемный мост и с протяжным скрипом открылись ворота. Нас действительно ждали.

На всякий случай я проверил, хорошо ли выходит из ножен клинок.

Во дворе мы отдали лошадей конюхам и направились к центральному зданию. Поглядывая по сторонам, я пытался прикинуть, с какой опасностью могу тут столкнуться. Стражников оказалось меньше, чем я ожидал, и подготовлены они — насколько можно было судить по пластике — были так себе, средненько. С другой стороны, если тут где-нибудь поблизости прячется подкрепление, а Корониус и таинственный глава этого странного Ордена вздумают поддержать атаку своих солдат парой-тройкой заклинаний, то я могу оказаться в полном дерьме.

Но чувство опасности по-прежнему дремало, и я, на пол-шага отставая от Корониуса, поднялся по лестнице, ведущей в донжон.

Архимаг Герхат Аннегрен оказался таким же, как и его изображение на карте — степенным, высоким, белобородым старцем. Разве что залысина у него была больше, и борода — длиннее.

Он поклонился и представился. Я сделал то же самое.