Любимчики Фортуны

Бабка-повитуха замаялась избавлять графа от «наследников». Жениха пришлось искать в самой глуши, куда не дошли весёлые истории о похождениях «безотказной Алоизы». И было это весьма непросто. Даже с учетом того, что будущий супруг стоял на целых две ступени ниже в дворянской иерархии. Но делать нечего: подсовывать какому-нибудь виконту, а графу — и подавно, столь залежалый товар было чревато. Теперь надо как можно быстрее сыграть свадьбу и отправить её к мужу, пусть распутный норов жёнушки будет его проблемой.

Отец жениха прикидывал, как потратит солидное приданое невестки. Сыну отдавать всё нельзя: юный балбес начитался романов о благородных рыцарях, что одолевают чудовищ, спасают прекрасных дев, помогают сирым с убогими и свято чтят богов. Ему дай волю, раздаст половину черни, другую — отнесёт в храм толстомордым жрецам. Лучше бы старый хрыч подарил молодым кусок своих владений и поселил рядышком. Но нет, отказался наотрез.

Сам жених со смесью страха, благоговения и возбуждения предвкушал, как прекрасная маркиза подарит ему свою девичью честь.

Он расспросил камердинера о подробностях сего процесса. Тот попытался объяснить на пальцах, но абсолютно не знакомый с женской физиологией юный барон только ещё больше запутался. Слуге пришлось притащить в опочивальню господина кухарку и показать всё лично. Теперь юноша был уверен, что сможет успешно дебютировать, даже если суженая по причине свойственного невинности стеснения будет делать что-нибудь не так.

Леди Алоиза в свою очередь раздумывала над причинами тошноты. То ли всему виной жара и тряска, то ли наследник у будущего мужа появится несколько раньше положенного срока. А еще ей очень приглянулся лесничий. Суровый, загорелый дочерна, мужик с обветренным, будто высеченным из морёного дуба, лицом. В безрукавке из дублёной кожи на мускулистое голое тело, с перевитыми мощными жилами сильными руками. Самого, что ни на есть, разбойничьего вида! При мысли о нём даже немного отступала дурнота.

Алоиза неоднократно видела его в отцовском замке, но до сего дня лишь мельком. И теперь ругала себя за то, что не обратила внимания на такого красавца раньше.

У остальных участников предстоящей охоты мысли были попроще. Пятёрка гвардейцев цепкими взглядами обшаривала кусты вдоль дорог. Придворные из свит обоих аристократов предвкушали охоту. Один из возниц пытался сосчитать вьющихся над кобыльей задницей мух.