За гранью добра и зла. Книга 1. Том 2. Шут и Пророчество

– Хватит пустозвонить, драконий выкормыш! – рыкнул троглодит.

Уточнять, с чего вдруг он связал меня с драконами, я не стал. Вполне очевидно указывающий на это полутонный факт кого-то дожёвывал у меня за спиной.

– Ладно, если настаиваешь, перейдём к делу, – пожал плечами я. – Готовы выслушать условия, на которых я приму вашу капитуляцию?

– Ты с ума сошёл! – возмутился молотобоец.

– Это вообще к делу не относится, – отмахнулся я.

В это время двое солдат успели покончить с нападавшими на них ящерицами и встали по бокам от меня.

– Как мне надоели эти герои из иных миров, – вздохнул бородатый нелюдь.

– А уж мне они как надоели, – поддержал его я. – Пусть только попадутся, уж я им устрою.

– Если ты не считаешь себя героем, то чего полез защищать, кого попало? – нахмурился троглодит. – Давай договоримся.

– Так, а я тут битый час о чём толкую? – удивился я. – Вы сдаётесь, выплачиваете контрибуцию – пары мешков золота или драгоценных камней вполне хватит – и валите на все четыре стороны.

Все довольны, все смеются, тут и сказке конец, а кто помер – сам дурак.

– Не пойдёт, – покачал головой он.

– Как хочешь, – пожал плечами я. – Тогда, рождённый ползать, проваливай со взлётной полосы, пока не затоптали.

Я двинулся в наступление. Солдаты зашагали рядом, прикрывая меня с фронтов. Троглодит что-то рыкнул и свистнул, отдавая приказ питекантропам и ящерицам. Тут и пошла потеха.

Шестнадцать против троих – это очень нечестное распределение сил. Чтобы у ящериц и питекантропов появился хоть малейший шанс, их должно было быть побольше хотя бы раз в пять, чем сейчас.

И это не похвальба, а факт. Солдаты не были какими-нибудь мастерами меча, зато не чувствовали боли и не обращали внимания на раны. Я на всякий случай старался не подставляться. После столкновения с воительницей из Храма Луны и её волшебным мечом я убедился, что регенерация вовсе не делает меня неуязвимым. А поскольку «драконьи когти» постоянно оказывались в руках попадающихся мне на пути людей, один из них мог очутиться и в лапах ящерицы. Но эти опасения не оправдались.

Троглодит не спешил вступать в бой, спокойно наблюдая, как один за другим гибнут его воины. Мои клинки, перекованные Себеком, свободно разрубали толстые черепа питекантропов и отсекали лапы более вертких ящериц. Пару раз мне удалось и пальнуть из стреломёта.

Один из солдат всё же подставился – последний питекантроп сумел врезать ему дубиной по ноге, явно раздробив кость.