Третье правило стрелка

 — Лучшие умы вашего мира веками бьются над моей задачкой, да?

— Бьются, — подтвердил Горлогориус. — И я верю в их успех.

— Но веков в запасе у вас нет, — сказал Фил. — И вы решили поговорить с автором. Пожаловаться папочке, так сказать. Или нет?

— Да, — признался Горлогориус, еле слышно скрипнув зубами. — Ты нас очень обяжешь, если скажешь, сколько всего ключей ты создал.

— Семь, — сказал Фил.

— Семь? — удивился Мэнни, ожидавший услышать куда более значительное число.

 — Почему семь?

— А почему нет? — спросил Фил. — Семь — это сакральное число: семеро козлят, Белоснежка и семь гномов, семеро неуязвимых мудрецов, цветик-семицветик, семь чудес света, и вообще… Я планировал сделать больше, но потом не захотелось париться…

Для Гарри речь Фила явилась чистейшей воды абракадаброй. Он понимал почти все, пока Фил не произнес слово «сакральный».

— Сакральное? — переспросил Мэнни. Очевидно, у него тоже были сложности с пониманием этого слова.

— Мистическое, — объяснил ему Горлогориус.

— Семь — сакральное число? — удивился Мэнни. — Что такого сакрального в семи козлятах?

— Видимо, в том мире это очень сакральная сказка, — сказал Горлогориус.

— А как же три поросенка? — не сдавался Мэнни. — Трое-из-ларца — одинаковы с лица, три девицы под окном, три богатыря, наконец… Я думал, три — более сакральное число.

— Очень интересно слушать вашу дискуссию, парни, но вы забываете одну важную вещь, — сказал Фил.

 — Если вы помните причину, по которой вы меня вызвали, я творец, и мне лучше знать, что в вашем мире сакрально, а что нет. И если число три греет вас сильнее, чем число семь, можете остановиться на поисках трех ключей, и пусть оно все горит огнем, о'кей?

— Не выйдет, — улыбнулся Горлогориус. — Мы уже нашли четыре.

— Значит, вам осталось найти три, — сказал Фил. — Очень сакрально.

— Не язви, — буркнул Горлогориус. — Где мы можем найти недостающие ключи?

— Неужели вас беспокоит только это? — Фил снова отпил из своего стакана, и жидкости в нем осталось на самом донышке. — Я думал, творцам принято задавать более фундаментальные вопросы. Типа про смысл жизни и все такое.

— Эти ответы мы готовы поискать сами, — сказал Горлогориус. — Было бы время.

— Как хотите, — пожал плечами Фил.