Сказки и иже с ними

 

Я закрываю глаза и прижимаюсь щекой к твоему плечу. 

Все будет хорошо. 

Я верю.

Солнышко

Альке пять. У нее светлые кудряшки, платье в ромашках и огромные синие глаза. Она любит солнечных зайчиков, радугу после дождя, а ещё – поднять к небу ладошки и смотреть, как солнце сквозь пальцы светится алым. Мама называет ее «мое солнышко» и улыбается.

Когда Альку спрашивают, кем она хочет стать, когда вырастет, Алька уверенно отвечает: «Солнышком!»

***

Альке пятнадцать. У нее коса до пояса, рваные джинсы и забитый учебниками рюкзак.

Физика дается плохо, и Алька через день ходит к репетитору, упрямо разбирая формулы и задачи. С математикой получше, физподготовка – хорошо, английский и немецкий – отлично. Мама вздыхает – в переводчики бы, такой талант пропадает!

Алька любит встречать рассвет на крышах, искать радугу в фонтанах, смотреть, как солнечные лучи прошивают кроны деревьев, подсвечивая зеленый лесной сумрак, а больше всего – закрывать глаза и подставлять лицо теплым солнечным лучам на закате.

Когда Альку спрашивают, кем она хочет стать, она, не задумываясь, отвечает: «Космонавтом!» Щурится в ответ на недоверчивые улыбки и поясняет: «К солнцу хочу полететь, узнать – как там?»

***

Альке тридцать пять.

Хотя Алькой ее почти никто и не зовет: Александра Павловна или вовсе – «капитан». У нее короткая стрижка, серебристый скафандр и пятеро балбесов в подчинении. А ещё – «Стриж», новейший разведывательный модуль, и много-много световых лет от Земли, и исследовательская миссия к далекому «красному карлику», у которого обнаружена экзопланета земного типа.

Зонды нашли там воду и каких-то мелких существ, напоминающих земных насекомых, и Толик, корабельный биолог, все уши прожужжал о том, что нужно непременно подлететь поближе, направить дополнительные зонды, а может, и высадиться.

«Капитан, это же сенсация! Вы не представляете!»

Она представляла. Потому и согласилась – не высадиться, но вывести «Стрижа» на низкую орбиту. Сделать виток-другой, нащелкать дополнительных снимков, запустить («да ладно, ладно, уговорил!») последний одноразовый зонд…

А потом – внезапная солнечная вспышка.

Отказавшая электроника. Падение сквозь атмосферу – откуда атмосфера у этого булыжника?! Единственная чудом сработавшая спасательная капсула, в которую капитана впихнули почти силой – как единственную женщину на борту.

Взрыв.

Темнота.

Алька никогда в жизни не боялась темноты, но лежать одной в засыпанной песком капсуле было жутко.