Рыцарь всея сети

 Но, раз уж вы сейчас остались не при деле, что скажете о том, чтобы направить свои таланты в иное русло? – спросил он и тут же торопливо отмахнулся. – Хотя нет, о чем это я? Боюсь, мое предложение окажется недостойно столь прославленного воителя, как вы. Поэтому лучше забудьте.

Только кретин не понял бы, что за его словами крылась уловка. Но, возможно, по причине того, что я  изрядно утомился после долгой дороги и перебрал с выпивкой, а может  быть под воздействием чар какого-либо имевшегося у Кантера артефакта, я заглотил наживку.

- Излагайте. Я весь внимание, - произнес я, невзирая на слабый голосок дурного предчувствия, к которому очень стоило бы прислушаться. 

У каждого человека имеется своя слабость. Уязвимое место, которое стоит пощекотать, и можно брать его с потрохами. У кого-то это женщины, у кого-то – выпивка, у кого-то – азартные игры. Моя слабость – хорошее приключение. Предложите мне по-настоящему стоящий квест, и каким бы самоубийственным он не выглядел, я не смогу отказаться.

Знаю-знаю, рано или поздно это не доведет до добра, но пока что удача мне сопутствовала, а значит еще не время записываться в Клуб Анонимных Приключенцев. 

Дварфы за соседним столиком перестали казаться мне подозрительными, потому что наконец-то изрядно набрались темного эля и принялись горланить песни, тексты которых чуть менее чем полностью состояли из набора развеселых скабрезностей. В одной из них, например, повествовалось о молодой и страстной великанше, долгое время лишенной простого женского счастья, которая встретила в лесу трех  лесорубов.

Песня была длинной, и несчастным трудягам пришлось перенести многое от гигантской сладострастницы.  (Не вдаваясь в подробности, могу лишь сказать, что выражение «нырнуть в бочку» уже никогда не обретет для меня прежний смысл.)

Несмотря на спорное содержание, я находил многое из подобного фольклора забавным. Чего нельзя было сказать о Торире – том самом качке-верзиле и по совместительству слуге антиквария – который краснел и смущался после каждой откровенной сальности.

Как ни странно, он оказался весьма простым и приятным парнем, хоть и не обремененным излишними умственными способностями. Отчего мне в голову закралось гаденькое подозрение, что вся наша потасовка была задумана и разыграна не без помощи его хитроумного рыжеволосого господина. Но до поры до времени я решил попридержать это умозаключение при себе.