Остин

И когда я утешал ее, наши губы слились в страстном танце! – расхохотался Матвей. Мне стало гадко. Такое ощущение, что я та самая Кэрри из книги Стивена Кинга, которую облили свиной кровью. Я была зла на Матвея, но, тем не менее, на себя я злилась еще сильнее.

Лицо Астара не выражало ровным счетом ничего. Куда сильнее его выдавали трясущиеся, наполовину обтянутые белоснежной шерстью руки. Он просто развернулся и пошел прочь. Даже не вдоль купола, как мы должны были… Он направлялся в небольшой подлесок, который виднелся километрах в двух отсюда.

Матвей, Себастьян и Вика скрылись в кроваво-красном портале, а я осталась сидеть на стремительно остывающем песке. Вельф, даже не взглянув на меня, схватил Кита за руку, и ушел за Астаром. Лишь мысленно сказал «Тут я не на твоей стороне. Не стоило, сестреныш»

Я осталась одна. Чувство вины сдавливало грудную клетку, наполняло легкие. Дышать становилось все труднее.

Что мне мешало рассказать ему? Страх. Я боялась, не хотела видеть в его глазах разочарование.

Поначалу я и вправду боялась. А потом просто замоталась и забыла. Хотя, разве о таком забывают?

На мое плечо опустилась огромная рука, и я вздрогнула.

– А, Горан? Присаживайтесь. – Мне совсем не хотелось сидеть тут с ним, но нужно быть вежливой. Он ведь совсем не виноват в том, что я тварь.

– Не переживай так. – Тихо сказал он, тяжело опускаясь на песок. – Ты маленькая и глупенькая. А он – большой и сильный мужик. Он перебесится и успокоится, простит.

К тому же вспомнит, что и он тогда был не прав. Конечно, это не оправдание, совершенно не оправдание, но по молодости чего только не натворишь. И знаешь, ему ведь больнее от того, что узнал он не от тебя, понимаешь? Ты не сказала ему правды, вот он и бесится.

– Да понимаю я, – покачав головой, прошептала я. – Знаю! Но я сначала боялась, а потом и вовсе забыла, понимаете?

– Я-то понимаю, а он поймет? – пытливо взглянув на меня, он вздохнул. – О таком нельзя забывать, девочка. А лучше вообще не делать.

Ладно, будем больше об этом. Все наладится, обязательно. Давай просто помолчим.

Внезапно раздался пронзительный крик. Я резко обернулась, увидела, что мои мальчики спокойно идут к нам. И вновь раздался крик. Хотя он и не был криком в прямом смысле – скорее отчаянный клекот, зов. Я вскочила, подбежала к куполу. Звук шел оттуда.

Парни, наконец, дошли, встали возле меня. Мы настороженно переглянулись и прислушались – как по заказу, зов повторился.