Хроники Ухеты

Почему киви, я же был птицей, а не фруктом? Ну, ему виднее, придурку пухоперовому!

 Осознав, что ее не бояться улица выровнялась, то есть стала обычной, асфальтовой и покрытой льдом. Здесь это нормально. Каосситы сами не всегда понимают, что в их измерении где и как работает. 

 Из переулка злобно позыркивали три молодых… как это назвать? Короче местная гопота, пользуясь человечьим языком. Я им явно приглянулся в виде добычи. Шушукаясь выбрались, по песьи стали окружать, наклонив рогатые бошки и выпучив все передние глаза.

Забавная мутация. Мне они тоже очень понравились, и я стал отступать в переулок, там потемнее, нет прохожих... А за одеждой домой вернусь, не страшно. К сожалению, мой обед из трех блюд не состоялся. Сверху спикировал дядюшка До, местный коп, сложил крылья, встал на руки и раздал этим недоделкам такие пинки, что они просто по стенам размазались. Во всяком случае, треск панцирей и костей я слышал отчетливо. 

 – Спятили, ублюдки? – призвал он их к порядку.

– Это ж слизняк! Вы ему втроем на один… — он покосился на меня и уточнил: – на один желудок. 

 Я вздохнул. Во-первых, реоситы не слизняки, это оскорбительно. А во-вторых, он только что лишил меня шикарного поглощения. Если как следует постараться, можно и всех троих обволочь и переварить за один раз, не парализуя. Мы, реоситы, народ мирный – если от нас удирать достаточно быстро, то мы и не погонимся. Да… народ мы мирный, но мстительный.

Недаром в учебнике по ксенологии есть вопрос: 

 – Что можно получить, если пропустить реосита через дуршлаг с 99 дырками. Правильный ответ — в морду. Потому что мы не любим, когда нас проливают через дырки против нашей воли. Мы вообще много что не любим. И хорошо, если это «нелюбимое» не относится к живым объектам. На заре слияния был эпизод, когда один из наших поместил себя в систему водоснабжения дома недруга-человека, был выпит с жидкостями и вполне успешно растворил врага изнутри.

Дядюшка До эту историю знает, он нашел то, что осталось от убиенного и каким-то чудом нашел убийцу.

 – Ты извини, Беташ, им же иначе не объяснишь. – Он прикрыл морду крылом, изображая стыд. – Ты тут по службе или в гости? 

 – А не ты мне вызов кинул? – удивился я, протягивая ему письмо. Он растерянно шевельнул правым пятачком. 

 – Беташ, я вроде пока память не терял! Не слал я ничего.