Некромантка на факультете таксидермии

 

Сильва, конечно, грязнее, но ей-то больше нужно!

Глава 4

– Итак, студент Белая, как вы объясните свое присутствие в холле факультета в ночь перед Бирюзовой Луной? 

Голос замдекана звучал строго и сухо, должен был внушать страх или ужас, но Алю волновал только один вопрос – как почесать ноги. Крапива на погосте оказалось на диво ядреная, и вкупе с репейником породила совершенно ужасный результат – не помогало ничего. Никакие мази, что охлаждающие, что против аллергии.

Сильва даже выпросила какую-то сверхдейственную диво-настойку у своего куратора, заживляющую раны вплоть до смертельных, но и она не помогла!

Так что мало того, что пришлось облачиться в нелюбимые брюки для сокрытия красных пятен ожогов, так еще делать вид, что все в порядке. И пытаться утихомирить чесотку только там, где никто не будет приставать с вопросами. Например, незаметно во время лекции. Лицом делать умное выражение, одной рукой писать, второй – скрести брюки, что хоть как-то помогало облегчить мучения.

Благо хоть никто не вызывал отвечать.

Зато после лекций вызвал к себе господин Берн…

Аля страдальчески поморщилась и постаралась вникнуть в вопрос.

– А когда это было? – вырвавшийся вопрос во всей красе демонстрировал глубину «вникания» и присутствия в окружающем мире.

Замдекана выразительно посмотрел на проштрафившуюся студентку и елейно поинтересовался:

– Вы были в здании факультета в ночное время несколько раз?

– Нет, – смутилась Аля и опустила взгляд.

 

До девушки, наконец, дошло в полной мере, перед кем она сидит, и что ее вызвали не просто так, а как минимум за нарушение режима проживания в университете, как максимум – за незаконное проникновение в здание факультета таксидермии. Или еще что похуже!

Если бы не чесотка, она смогла бы что-то придумать, как-то выкрутиться, не в первый раз, сколько лет гувернантку дурила.

Но зуд отбивал все мысли напрочь. Даже если бы попросили описать кабинет, в котором проходила прелюдия к экзекуции, и то не смогла бы. Молчать также нельзя, так что Аля выдохнула и сказала правду. Прямо-таки, ляпнула ее от всей души.

– С деканом целовалась.

– М-да… – господин Берн задумчиво побарабанил пальцами по столу. – Полагаю, спрашивать о причинах бессмысленно – они очевидны.