Ад во мне

Пятьдесят! Кровопийцы!

– Нет, Соль, ты его послушай! Он собирал! Да ты на постаменте простоял с высокомерной мордой, а верующие тебе натаскали подношений! Кстати, а клад хоть большой?

– Большой, – жалко всхлипнул голос. – Драконья сокровищница. Храм-то на месте драконьей пещеры поставили, дракончика убили, пещерку с трупом завалили, а вглубь никто нос не сунул, воняло уж очень. Я еще не все пересчитал, но навскидку телег на семь наберется.

Змей на моей голове, по-моему, упал в обморок.

Я сам стоял с открытым ртом и не моргая глазел на голову, не в силах произнести ни слова. Это какая же куча деньжищ! Если в этом мире один золотой стоил как сто долларов, то семь телег…

– Ваша божественность, мы согласны на жалкие шестьдесят процентов, – наконец смог выдавить из себя Белочка.

Голос зарыдал:

– Да мне не жалко было бы, но это же память! Память о безвременно почившем представителе племени волшебных существ! О белом драконе! Он мне отца и мать заменил!

– Ты же сказал, что только труп нашел.

– Кто же виноват, что он умер от старости, не дождавшись такого сына, как я?

– Ты говорил, что его солнцевики убили!

– Не цепляйся к словам! Демон с вами! Забирайте, душегубы! Только вытащите меня отсюда! Пятьдесят пять!

– По рукам!

Я наклонился и аккуратненько поставил голову прямо, затем потянулся за платком, чтобы стереть пыль с курчавой каменной макушки.

– Ты что делаешь? – подозрительно спросил голос.

– Выполняю обещание, сейчас кликну слугу – и мы тебя выкатим на волю, господин бог Солнце.

– Ты что, придурок? Постамент сдвинь!

– Мессир Соль, – Лилия, до этого прячущаяся в темном углу, потянула меня за штанину, – мессир, там сбоку колечко есть.

Тьфу ты! Я с досадой толкнул голову статуи и потянул за кольцо на постаменте. С громким скрипом несмазанных петель постамент отъехал в сторону. Под ним обнаружился круглый лаз, в который я бы при всем своем желании пролезть не смог.

В темном провале мелькнул огонек, а следом за ним из дыры в полу появилась лысая грязная голова. Незнакомец ужом протиснулся сквозь лаз, и мы увидели заросшее по самые глаза бородатое лицо с темными блестящими круглыми глазами и красным носом-картошкой. Вскоре появилось все, что к голове прилагается, и на свободу выбрался карлик в грязном рваном плаще. Он бухнулся на колени и начал целовать пол.