Турнир барона фон Бронденброка

Снял с головы шлем и начал спускаться к реке, у которой на берегу (только теперь их заметил барон) сидели двое мальчуганов. Сорванцы ловили рыбу. Когда оруженосец фон Бронденброка стал набирать воду, те всполошились, а самый младший (ему с трудом лет пять можно было дать) недовольно прокричал:

- Эй, дядя! Ты нам тут всю рыбу распугаешь. 

Зигфрид взглянул на них. Одно взгляда хватило, чтобы они вскочили и убежали. Оруженосец зачерпнул воды и вернулся к всадникам. Протянул шлем барону.  

- Может, не стоило уж так? – спросил Майнхард, беря ее в  руки и делая глоток.

 

- Стоило! Видите ли, что удумали рыбу барона фон Бронденброка без спроса ловить. 

- Так они же дети… - попытался заступиться Густав, но увидев сердитый взгляд Зигфрида умолк. 

- Кстати, а вон и замок, - проговорил оруженосец и указал на знакомые барону Майнхарду очертания крепости, что высилась на высокой скале. 

Острые шпили башен, словно наконечники пик, казалось, протыкали чистое небо. То, что на нем не было ни облачка, наводило на мысль, что без магистра Дудника тут не обошлось.

Барон даже улыбнулся, поняв, что прав. Только на одной из башен (как-то она не бросалась в глаза) висела маленькая грозовая тучка. Фридрих был осведомлен, что именно в этой башенке и колдовал магистр. 

- Магистр как всегда? – то ли спрашивая, то ли утверждая, проговорил барон.

- А? – Не понял Зигфрид, нахлобучивая вытертый шлем на голову. 

- Я говорю, магистр все колдует?

- А как же без этого.

Почти каждый день. В народе уже даже начали поговаривать, что у магистра, - тут оруженосец перешел на шепот, - просто съехала крыша. – Служака взглянул на замок и вдруг заторопил. – Давайте поспешим. Чует моё сердце, что не успеем.

Ворота в крепость были закрыты, небольшой мост, что перекидывали через ров, поднят. 

Всадники остановились. Зигфрид достал из сумки, прикрепленной к седлу старенький, позеленевший латунный рог и затрубил. Из бойницы показалась голова рыцаря. Разглядев его, оруженосец закричал:

- Барон Фридрих фон Майнхард собственной персоной! Требует отпустить мост и поднять ворота!

Стражник минуты две-три разглядывал их, затем на какое-то мгновение исчез.

Потом вновь высунулся, но уже не один. Затем оба пропали. Наконец, неожиданно, лязгнула металлическая цепь подъемного моста, и тот стал медленно опускаться. Он коснулся противоположной стороны рва и замер. Ворота, закрывавшие проход в замок стали неторопливо ползти вверх.