Турнир барона фон Бронденброка

Майнхард вновь стал крутить колесо и нажимать клавиши, когда же в воздух скользнули прекрасные звуки, запел:

Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной

В тревогах шумной суеты,

Звучал мне долго голос нежный

И снились милые черты. (2)

Ну, и так далее. Именно эти стихи ему протянул, у Дудника, шут. Как утверждал виконт Лонже, стихи написаны были в мире, откуда родом Карло. Тот даже утверждал, что автором был популярный поэт, живший задолго до рождения шута.

Сюжет обычный, как и у всех трубадуров о любви, причем о такой, что тянется годами. Это когда один раз в сердце стрела угадила, а вытащить уже не возможно. И с ней больно, и без нее жизнь не сахар. И, кажется, что когда минуют годы, и образ сотрется из памяти, и все забудется, но что-то происходит странное, и голос, услышанный давно, вновь и вновь звучит в твоей голове. А ты уже не можешь спрятаться убежать.

Ведь ее рядом нет, ну и так далее по тексту пока вдруг, ты вновь не встречаешь ее. И чувства дремавшие, иногда напоминающие о себе короткими вспышками, вновь просыпаются тебе, а дальше как в песне:

И сердце бьется в упоенье,

И для него воскресли вновь

И божество, и вдохновенье,

И жизнь, и слезы, и любовь.

А потом, когда текст прекращается, музыка продолжает звучать, и начинает казаться, что это было не с каким-то абстрактным персонажем, а именно с тобой.

- Какая чудесная песенка, - проговорила графиня, когда музыка прекратилась, - надеюсь, первое четверостишие, о чудных мгновениях посвящено мне?

- Конечно, - слукавил барон.

Девушка это, наверное, поняла, но виду не подала. Она вновь запустила камнем по воде. В этот раз он пролетел недалеко. И почти сразу же плюхнулся в воду. Графиня надула губы, и Майнхарду показалось, что она заплачет.

Поэтому он прислонил колесную лиру к стволу дерева, туда, куда не доходили волны озера. Затем подошел к девушке и обнял.

Их губы встретились.

И тут неожиданно раздался голос:

- А ну, отойди в сторону малец. Уступи девушку взрослым дядям.

Барон отпустил девушку из объятий и развернулся на голос. Передо мной стояли двое, один высокий верзила, фигурой напоминавший виконта, а второй точная копия шута. Вот только ни на Лонже, ни на Карло, лицом они не походили. Верзила имел короткие черные, как крыло ворона, волосы. У него был один глаз, второй был закрыт черной повязкой.