Игра

Пункты «а» и «б» приняты большинством голосов. Остались «в» и "г«.- С «в» всё понятно — отпадает.

— Это как это — отпадает? Это что же получается — субъект лишается свободы воли? Никуда не годиться! Душа принадлежит субъекту. Из этого следует, что субъект вправе распоряжаться ею по своему усмотрению.

— Эк, как он за Фауста беспокоится. — прошелестел лёгкий шёпот.

— Но не повредит ли это человеку, господин Мефистофелев?

— Разве вредит, когда человек продаёт свои знания, мудрость, опыт или золотую коронку?

— Это можно отнести к пункту «г».

..

— Только последнее, а всё остальное — часть субъекта.

— Хорошо. Вы нас убедили. Душу, как и прочие составляющие субъекта можно: заложить, продать, подарить, сдать в аренду. Голосуем. 50/50. Оставим до следующего раза. Не спать, господа, не спать! — спикер бешено затряс колокольчиком, который прямо на глазах вырос до набата.

— На войне и то полегче было. — толстяк вытер вспотевший лоб.

— Внимание. Поправка третья. Спикер осторожно поставил колокол на затрещавший стол.

— Всего третья! Дили, сколько раз ты перевернул время?

— Полдюжины, господин депутат.

— Вот это школа! Господин спикер Корнеус я восхищён! Позвольте мне.

..

— Не позволим! — прогудел стол. — Мы тоже э, рады выразить наипочтение господину архиспикеру и ... — ... отлучится в туалет. — закончил толстячок.

Маги сконфужено замолкли. В гробовой тишине толстяк встал, одёрнул пиджак и походкой пеликана направился к резным дверям.

— Надеюсь не забыли что налево? — осведомился архимаг. Толстяк кивнул. С третьей по седьмую поправки прошли без сучка и задоринки.

Когда разгорелись дебаты по седьмой вернулся толстяк. Полы пиджака топорщились, физиономия выражала растерянность и удивление. Он поблёскивал глазами-пуговками и бормотал одну фразу — Очень рад, товарищи, очень рад.

Седьмая поправка гласила, что драконы и прочие существа под закон не попадают.

— Почему? — спросил грустный юноша в вельветовом кургузом пиджачке.