Врачебная сказка или операция "Алатырь"

Хеппи Энд, прямо!

       Оставив голубков одних, я влетела в зал – столовую, где заседали в ожидании меня остальные. – К бабусе! - скомандовала я, обняв Лушу, мужа и дочь одновременно. Хоттабыч увязался следом.

          

         Знакомая уже до боли полянка, избушка и местное население! Вон, высыпало наружу встречать нас.

-Родненькие! – закричала бабушка Яга. – Пойдемте кушать, заждались уже! – Вся толпа ввалилась в многострадальную избушку и расселась, кто где.

 

- Как долетели? – поинтересовался Вася

-Нормально, - обыденно сообщил мой муж. Как будто такой способ перемещения в пространстве был для него нормой. – Картошечка! – вскрикнул Андрей и набросился на еду. Очевидно, еда в гареме не понравилась русскому мужчине. Все расценили данный жест как сигнал к началу трапезы. Смачно причмокивая и хрустя, народ быстро истреблял бабусины продукты питания. Кроме клацанья челюстей длительное время ничего не было слышно.

Ставшее внезапно весьма молчаливым, местное собрание тщательно пережевывало пищу, стараясь урвать куски побольше. «Как с голодного края, - отметила я про себя, впиваясь в сочную куриную ножку. – Сейчас все отвалятся от стола, и я им устрою допрос с пристрастием!»

         Сытые и довольные все, наконец, развалились на стульях.

-Дети, идите, погуляйте, - вежливо попросил Троглодит Иванович, - нам посовещаться надо.

По – взрослому! – жестко добавил Змей, зыркнув в сторону своего сыночка.

-Вот так всегда, - вздохнул Вася, плетясь к выходу, - как границы государства защищать, так я –взрослый! Как с рыцарями на турнирах биться – так тоже я! А как на совещанию все собираются, так я недоросль!- громко хлопнув дверью, дитятко удалилось.

        Настена ускакала следом. Кот – Бегемот тоже резко засобирался домой: - Там у меня еще кой - какие делишки! Пойду я! – и исчез.

Хоттабыч, напевая себе мотивчик из репертуара падишахского гарема, молча, удалился из избы, потащив за собой Андрея.

-Я пойду ему помогу, - неопределенно прокомментировал ситуацию муж. Непонятно было – в чем нужна была его помощь и где, но спрашивать было уже не у кого. В избушке остались я, Луша, Троглодит Иванович и бабуся. Соловей – разбойник с царевичем исчезли еще до нашего возвращения.