Груша, Велькс и Лермонтьяк

 

Но главный вопрос скачет в голове прыткой местной курицей: что же между нами было? Может быть, только целовались и уснули? И сам не поверил бы. Ага, «устали»… Гугель мне в печёнку! Так. Спокойно, Вель. Если было что-то большее, то надо узнать насколько. Да и про местные законы на этот счёт хорошо бы обзавестись внятной информацией. Но как узнать? Не спросишь же – обидится.  Девочкам не нравится, когда мужчина о таком забывает и… эта опять за что-нибудь схватится. У нас, в светском обществе, спросили бы так: «Довольны ли вы, нашей прогулкой на милейских скакунах?» А здесь: «Хорошо ли покатались на больших курицах?» Я не выдержал, вспомнив наши скачки, и хмыкнул.

Ну вот, разбудил – она приоткрывает веки… Святой Ноут, помоги! Я судорожно начал перебирать нейтральные варианты для начала беседы. Ой, какие огромные глазищи… Всё – молчать нельзя! Убьёт же сейчас… 

Словно перед прыжком в ледяной водопад глубоко вдохнул, внимательно посмотрел ей в глаза и, следя за реакцией, спросил: 

— А? Э… Как спалось? 

Рука девушки непроизвольно скользнула по моей груди, и с любопытством двинулась дальше.

Изумленно задержал дыхание. Девушка, что ты делаешь рукой? Я ж не деревянный. 

Не отвечая, как будто не услышала мой вопрос, она спросила:      — А что такое Лермонтьяк? 

— М-м… Лермонтьяк – поэт, – слегка опешив, ответил. – Вы не обидитесь, если я попрошу вас э-э-э подняться? Вам, наверное, не удобно… 

Я не знал, как бы повежливее ей намекнуть на то, что пора бы слезть с меня, а то чересчур двусмысленно всё выглядит.

И от её действий мне становится не до разговоров, а совсем другой интерес поднимается. Но мне не до женитьбы сейчас! Да и объясняться в таком положении весьма рискованно. Девчонка же пропустила мои слова мимо ушей и завозилась устраиваясь поудобнее,продолжая знакомиться со мной наощупь. Да так, что захотелось попросить: «Хоть не вертись так, пожа-а-алуйста!» 

Видимо, святой Нуот сжалился и она слегка отстранилась, давая мне возможность перевести дыхание.

— Да ради Кооза… А чего это ты лиловенький такой стал? – спросила она, с искренним любопытством и открыто рассматривая. Зачем-то погладила по щеке, с недвусмысленным вниманием уставившись на губы, продолжила, - По-эт? Слагатель песен, что ль? Люблю песни. Хорошие. 

Глава 4

Да, смущаться или слезать с меня похоже она не собиралась. А это значит – всё было. Я мысленно отправил себя в долго пешее путешествие… к Гугелю.