Груша, Велькс и Лермонтьяк

И также, как некогда наши предтечи, Делили по-братски вражиную печень! Как только она взяла паузу, чтобы вдохнуть поглубже, я перебил:

— Я имел в виду – сочиняете! А вы ещё и поёте…

И хотя в её грубоватой песенке что-то было подкупающе-честное, но вспомнив про нашу двусмысленную ситуацию, тему захотелось сменить - мне моя печень самому пригодится:

— Простите моё любопытство, чем я вас обидел? Девушка посмотрела совершенно непонимающе и взяла меня за руку:

— Ты? Меня? Скорее я тебя. Прости уж Велик’с, третий сын.

Не удержалась. Хотя бой не равный был с начала самого. Не делает Груше чести бой такой.

Я с облегчением выдохнул, очень искренне прозвучали её слова. Невозможно не поверить.

— Да, ладно. Всё честно. Бой есть бой, — эту неприятную тему тоже захотелось побыстрее замять, отвесив себе мысленный подзатыльник: «Один дурак не смог выстоять против девушки и подушки… Сказать университетским друзьям – обхохочутся. Подростково-эротические бои. А я ещё и так нелепо проиграл…».

Тихо попросил:

— Зовите меня просто - Вель.

От всяких «великов» я рычать начинаю. — Но мне всё ещё было любопытно, что же сделал не так, чтобы не повторить подобного в будущем, — Я спрашивал про тот случай, когда «большие куриные скачки» начались? Или как там эта клювастая нечисть называется…

Груша улыбнулась, видимо, картинку наших скачек припомнила:

— Курони это, твари неразумные... - и вдруг, словно смущаясь, сказала:

— А спой мне, Велик'с! Что там Лермонтьяк твой ещё потомкам оставил...

— Курони… - повторил и уже про себя: «Тьфу! Так и есть курицы-переростки!»

— Если вы не против… Из любимого, – читать Лермонтьяка я готов всем, всегда, в любом месте и в любое время. Нет, всё-таки она – умница. Если девушка понимает в поэзии – это многое значит. И я начал:— Я не унижусь пред тобою; Ни твой куронь, ни твой топор... Ни память о прошедшем бое Не остановят мой напор… Груша слушала широко распахнув свои серые глаза, словно проживая строчки всем сердцем:

— Хороша песня.

И вдруг, решительно спросила:

— А скажи-ка мне, Велик'с, какая зараза тебя научила пальчики-то в цепочки, значит, складывать? То есть, я тебе богатырят рожать должна? Ты их представь, а? Мелкие, как блохи, да ещё и рожи фиолетовые.

Кооз с неба навернётся, обалдев. Думаю, мимо нас не пролетит... Враги дрожат, синюшной рожей Без боя победить их сможет, Такой герой, на два вершка, Уж слишком доля их тяжка!

Показалось, что в голову ударила шаровая молния. Я онемел.