Хлопоты ходжи Насреддина

Но зачем ты взял с собой… э-э… – кази поморщился, – Икрама?

– Поверьте, его присутствие необходимо.

– Разве? Впрочем, неважно! Пусть подождет снаружи.

– Нет, нет, он необходим именно внутри дома.

– Да? – занервничал кази. Лишние глаза и уши ему были вовсе не нужны. – Ты настаиваешь?

– Именно, справедливейший.

– Ну хорошо, пусть будет так, как ты просишь, – сдался Шарифбек. Вынужденная задержка раздражала его. В конце концов, чем может помешать им какой-то оборванец?

Когда все трое вошли в дом, Шарифбек поспешно взобрался на возвышение и начал:

– У меня к тебе очень выгодное предложение, ходжа.

Помнишь Зарифа?

– Конечно, помню.

– Так вот, я… м-м… мы! Да, именно мы с тобой, должны что-то сделать с тем, что оставил Зариф.

– Что вы имеете в виду? – наивно вскинул брови Насреддин.

– Ты не понимаешь? Его накопления, земля, дом – это большие деньги, ходжа! Очень большие, – сказав так, Шарифбек облизнулся и выкатил на ходжу глаза.

– Догадываюсь, – кивнул тот в ответ.

– Зариф очень меня огорчил.

Подослал убийцу – сначала к тебе, а потом и ко мне, – снюхался с Мустафой, ай-яй! – сокрушенно покачал головой Шарифбек. – И поэтому, мне кажется, будет вполне справедливо в оплату наших с тобой страданий разделить его имущество между пострадавшими от его черных делишек. Как ты считаешь?

– Интересная мысль, – согласился ходжа.

– Правда? Я так рад, – поерзал на курпаче Шарифбек. – Я знал, ходжа: ты деловой человек. С тобой можно иметь дело. К тому же ты спас меня от треклятого разбойника.

Выходит, ты мне друг! Правда? – с надеждой спросил кази.

– И что же справедливейший кази имеет мне предложить? – уточнил Насреддин, уклонившись от ответа.

– Я хочу тебе предложить двадцатую часть всего, чем владел Зариф. Мы сделаем все по закону, ни о чем не беспокойся!

– Хм-м. – Ходжа сделал вид, будто раздумывает над предложением, и принялся оглаживать бородку.

– Ты сомневаешься? Да, ты прав. Я бы тоже сомневался на твоем месте. Что такое двадцатая часть? Тьфу! Я дам тебе пятнадцатую часть! Нет? Десятую, десятую часть! Ходжа, имей совесть – все-таки именно я едва не отправился на тот свет от руки гнусной собаки Юсуфа, или как там его.

– Да, но если вы помните, я тоже по чистой случайности избежал подобной участи.

Шарифбек нахмурил лоб и прекратил крутить четки – Насреддин оказался не так прост.

– Сколько же ты хочешь получить? – спросил кази, недовольно пожевав губами. – Не половину же, в самом деле!

– Конечно, нет.