Хлопоты ходжи Насреддина

– Слушай же: если тебе скажут, что идти пешком лучше, чем ехать, то ты не верь этому!

– Действительно мудрый совет! – согласился ходжа, продолжая обливаться потом под тяжестью ящика, в котором что-то все время грохотало и позвякивало.

– Ходжа, зачем это вам? – шепотом спросил Саид.

– Молчи и неси, – ответил ходжа, продолжая путь.

Когда они прошли еще часть пути, и до дома менялы осталась треть, ходжа вновь обратился к купцу:

– Каков же твой второй совет?

– Если тебе скажут, что быть голодным приятнее, чем быть сытым, ты не верь этому! – важно произнес купец, и по его губам скользнула мимолетная ухмылка.

– Согласен, и это тоже очень мудрый совет.

Ходжа уже почти выбился из сил, когда они наконец дотащили тяжеленный ящик до калитки дома менялы.

Насреддин остановился и, переведя дух, сказал:

– Вот дом твоего дорогого друга. А теперь выкладывай нам свой третий совет.

– Слушай же! – повернулся к ним купец, подбоченившись. – Если тебе скажут, что на свете есть больший глупец, чем ты, то не верь этому!

– Ай-яй! – воскликнул ходжа и, выпустив из рук ящик, всплеснул ими.

Ящик с грохотом рухнул на землю, звон посуды забил уши, а купец застыл истуканом, потеряв дар речи.

– Послушай же и мой мудрый совет, о чужестранец, – сказал тогда ходжа. – Если тебе скажут, что в твоем ящике осталась хотя бы одна целая чашка, то ты не верь этому!

– Но… как? Что? – опомнился купец, опускаясь на колени перед ящиком.

– А вот тебе и еще один совет, совершенно бесплатно: какова цена, такова и работа.

Ходжа развернулся и затопал обратно к чайхане. Саид, все время оглядываясь на причитающего купца, поспешил за ходжой.

– Стой, проклятый старик, – опомнился купец. – Стой, кому говорю! Ты мне за все заплатишь. О, мой товар! – но выбежавший на шум из калитки Ахматбей удержал купца.

– Молчи, о несчастный! – зашипел он. – Неужели тебе мало того, что ты уже потерял? Теперь ты хочешь потерять все?

– Почему? – не понял купец.

– Ты связался с Насреддином, будь он проклят во веки веков! – взмахнул руками Ахматбей.

– Так он… – выпучил глаза купец, указывая пальцем на удаляющегося старика.

– Да, да, проклятый Насреддин, чтоб его растерзали пустынные шакалы. Радуйся, что ты потерял так мало. Но зайди в дом, и я тебе обо всем поведаю. А ты – вон отсюда! – выпихнул меняла в калитку бедняка. – И чтобы я тебя больше не видел здесь, – погрозил он кулаком ему вслед.

– Но как же… – бедняк едва не плакал.