Хлопоты ходжи Насреддина

Кази зажмурился и начал оседать вперед на подушки, но подоспевший слуга вновь придержал его.

– Салам алейкум, почтенный кази! – как ни в чем не бывало поздоровался ходжа.

Кази приоткрыл один глаз и уставился им на Насреддина.

– Ты, о исчадие ада? – выдавил Шарифбек, старательно сдерживаясь, чтобы не гавкнуть. В тот миг ему безумно захотелось подскочить к Насреддину и укусить его, но и это желание ему удалось задавить в корне. – Мало тебе того, что ты со мной сотворил, так теперь еще набрался наглости явиться ко мне?!

– Я рад, Шарифбек, что слухи о вашей болезни оказались сильно преувеличенными.

Но я пришел к вам по очень важному делу.

– О ходжа, – застонал кази. – Прошу тебя, оставь меня в покое. Я не хочу больше иметь с тобой никаких дел.

– Как?! – воскликнул Насреддин. – Вы, кази, отказываете людям в справедливом суде? Я не могу поверить своим ушам.

– Если я выслушаю их, ты уберешься наконец?

– Если вы выслушаете и разрешите их дело.

– Да, да, я заранее согласен со всем, только бы – прошу, не обижайся на меня! – не видеть твоего лица, от взгляда на которое мне становится очень плохо!

– Я был бы рад оставить его снаружи дома, чтобы не докучать больному человеку, но оно мне нужно здесь.

– Тогда начинай уже поскорее, – взмолился Шарифбек, – ибо любое промедление все больше тяготит меня.

– В таком случае я не буду тянуть. Скажите, кази, что полагается человеку за воровство?

– У тебя что-то украли? Ишака? – заинтересовался кази.

– О нет, разговор вовсе не обо мне. Но все-таки?

– За воровство – если оно, разумеется, будет доказано! – полагается наказание в виде отрубания кисти руки.

– Все слышали, что сказал мудрый кази? – обернулся Насреддин к дехканам. Те дружно кивнули.

– Так что же украдено и кто вор? – поторопил Шарифбек. – Прошу тебя, не тяни. Я еще не совсем оправился от прошлого удара судьбы.

– Еще немного терпения, кази. Сначала я бы хотел уточнить еще кое-что.

– Говори же!

– А какое наказание ждет того, с кем вор был в сговоре?

– Сговорщика ждет та же участь, что и самого вора.

Если же имело место принуждение, но пособник вора все же мог отказаться – в этом случае его ждет наказание палками. Если же отказ мог стоить пособнику жизни, то никакой вины за ним нет.

– А должен ли вор возместить потери пострадавшей стороны?

– Разумеется! Что за глупый вопрос? От тебя – гав! – не сдержался Шарифбек, – я такого не ожидал.

– Благодарю, о кази. Введите преступников! – крикнул ходжа, оборачиваясь через плечо.