Хлопоты ходжи Насреддина

– Если ты нарушишь условия, которые выдвигает ходжа…

– Я понял, я все понял! Я все сделаю! – затараторил трусливый Хасан.

– А ему, – палец кази уперся в застывшего посреди комнаты мельника, – всыпьте тридцать палок по пяткам.

– А-а! – закричал в ужасе мельник, но двое стражников, стоявших наготове, мгновенно подхватили его под локти и выволокли вон из дому.

– А мука? – спросил Насреддин.

– Какая еще мука?! – надулся Шарифбек.

– Мука, что была украдена у людей.

– Э-э, пусть забирают. Все, уходите! – Шарифбек устало откинулся на подушки и закрыл глаза.

– Благодарю, о справедливейший, – поклонился Насреддин, а с ним и остальные, кто был в доме. Старательнее и яростнее всех склонял голову Хасан, стоявший на коленях, так, что едва не разбил себе лоб.

Когда дом опустел, кази открыл глаза и обвел взглядом комнату. Наконец-то гадкий Насреддин оставил его в покое! О всевышний, какое блаженство заключено в тишине и отсутствии этого нечестивца. И впервые кази задумался, а не послать ли все к шайтану, уединившись где-нибудь в укромном тихом уголке.

В конце концов, за многие годы кази Шарифбек скопил приличную сумму денег, которая позволит ему безбедно дожить до самой старости, не думая ни о чем. Решено! Завтра же он пошлет прошение казикалану прислать на его место другого кази, и пусть тот разбирает с Насреддином, если ему будет угодно.

При мысли о райском уголке вдали от Насреддина Шарифбек почувствовал, как его душа вновь наполняется сладостной легкостью, а счастье начинает переполнять его.

И это было так восхитительно, что Шарифбек крепко зажмурился, боясь спугнуть удачу. Да, именно так он и поступит завтра. Впрочем, почему завтра, а не сегодня?

– Эй, принеси мне бумагу и перо, срочно! – крикнул он слуге, широко распахивая глаза, и как только слуга исполнил его приказание, Шарифбек взялся за дело со всем доступным ему усердием.

Глава 22. Волшебные бараны

– Саид, ну почему ты такой тяжелый и несговорчивый человек? – в который уже раз повторил Насреддин.

– Я должен уехать, понимаешь?

– Не понимаю, – продолжал стоять на своем Саид. – Разве вам у нас плохо?

– Останьтесь, – поддержала мужа Гульнора. – Вы нам совсем не мешаете. И даже наоборот.

– Вы столько для нас сделали, что мне не расплатиться с вами и по гроб жизни? – добавил Саид.

– Ты говоришь как базарный торгаш. По-твоему выходит, что я теперь должен вечно висеть на вашей шее? Ну уж нет, не дождешься! Ты, верно, забыл, чему я учил тебя.