Хлопоты ходжи Насреддина

– Вы связались с Насреддином, хозяин? Да вы точно не в своем уме! Уй-юй, сколько разума в вашей голове, если вы, после всего, что натворил старый проходимец, развесили перед ним уши?

– Но я ведь собственными глазами видел, как он скинул барана, а здесь выловил двух. Это волшебная река!

Слуга долго смотрел на Нури, а потом сказал, сочувственно качая головой:

– Знаете что, хозяин, вы лучше никому не говорите о волшебной реке.

– Почему?

– Потому что над вами будет потешаться все селение, – слуга махнул рукой и, повесив плечи, поплелся домой.

А Нури еще долго стоял в ледяной воде, трясясь от холода и глядя, как бараньи туши уплывают вниз по течению, а быстрая вода нещадно мотает их и бьет об острые камни. Но вдруг сборщик налогов опомнился, ударил кулаком о воду и, выбравшись на берег, побежал вниз. С него ручьями стекала вода, в точности как с тех баранов, что вел за собой ходжа, возвращаясь с гор. Только те были живы и здоровы, а прекрасному стаду Нури в один миг пришел конец.

Взбешенный Нури ураганом ворвался в селение и, распихивая в стороны прохожих, со всех ног бросился к дому Саида, где он очень надеялся застать ходжу.

Тот оказался как раз там.

– А, почтенный Нури! – обрадовался ходжа, поспешно открыв калитку, которая едва не слетела с петель от яростных ударов. – Как ваши бараны, умножились?

– Да падут на твою проклятую голову скалы, старый шакал! – выпалил на одном дыхании Нури, сверля ходжу неистовым взглядом.

– Не понимаю вас. Что-нибудь стряслось?

– Стряслось то, что стада у меня больше нет!

– На все воля всевышнего, – молитвенно сложил ладони ходжа.

– Впрочем, что же тут удивительного? Ведь и на пшеницу или рожь бывает неурожайный год, и посевы гибнут, не дав всходов. А тут волшебство! Поэтому-то я и не рисковал всеми баранами. А может, вы заклинание позабыли? Ай-яй, говорил же вам: запишите!

– Ты издеваешься надо мной? – Нури уже сопел разъяренным быком. – Мои бараны, мои прекрасные бараны!.. Все до одного!

– Сочувствую вам всем сердцем.

– Ты мне за все ответишь, оборванец. За все! Живо пошли к кази.

– К кази так к кази, – безразлично пожал плечами ходжа. – Только что вы собираетесь ему говорить?

– Правду!

– Дело ваше, только я бы на вашем месте этого не делал.

– Мне нет дела до твоих советов, паршивая собака! Ты идешь или нет?

– Иду, и незачем так волноваться. Эй, Саид, я сейчас быстренько схожу к кази и вернусь.

– Хорошо, – донеслось из глубины двора. – А я пока задам корму баранам.