Ночной Дожор

Оглядев новеньких с их инструментами, дирижёр сложил пухлые ручки на объёмистом животе, крутанулся на троне вокруг оси и мысленно унёсся в небесные выси. Новый расклад оркестра уже рождался в его музыкальном воображении. Король пригласил конкурсантов на сцену и лично указал каждому инструменту его место в Оркестре.

В центре располагались ведущие скрипки. Во втором ряду за ними на высоких табуретах разместились фагот, валторна, тромбон и флейта. Третий ряд заняли серьёзные духовые инструменты: трубы, саксофон и барабаны с тарелками.

Слева уселся извечно вопрошающий и не в меру любознательный долговязый и худосочный гоблин, назначенный на роль первой скрипки. Глянув на него, Лерея прошептала на ухо Карлу:

— Наверное, он родственник неправильному гоблину из Ночного Дожора.

Карл кивнул, сжимая кларнет, и они беззвучно рассмеялись.

За спиной первой скрипки расположился полупрозрачный фей Снов, гордо восседающий за королевским роялем с поднятым треугольным крылом. Орехового дерева корпус, украшенный рисунками на тему королевской охоты, позолоченный инкрустацией и искусной резьбой, являлся особенным предметом гордости Карла Великого.

В свободное от государственных дел время Его Величество не гнушался музицировать за ним, когда сочинял легкомысленные импровизации песенок на темы любовной лирики. Но Карл-зеркальщик, сердечный друг Лереи, доселе никогда не видел такого инструмента и ему вдруг почудилось: с первыми звуками симфонической музыки рояль немедля воспарит куда-то в заоблачные выси.

Рояль окаймляли скрипки с разной тональностью. Справа на сцене дирижёр поставил виолончель и контрабас. В первой разучиваемой мелодии солировать, по замыслу короля-дирижёра, должны свирель и кларнет. Лерея и Карл переглянулись и склонились над пюпитрами с нотами.

— Оркестр, дай тишину! — воззвал дирижёр Карл Великий и постучал палочкой о дирижерский пульт.

Музыканты замерли, не дыша. Король поднял руки, развёл их в стороны, как бы обнимая оркестрантов, и взмахнул дирижёрской палочкой:

— И, раз-два-три, начали, — приказал он, вырисовывая в воздухе начальные ноты музыкальной партии для каждой группы инструментов, к которой он поворачивался лицом…

Огромный концертный зал ожил, завибрировал всеми сводами, воспринимая волшебные звуки Симфонического оркестра.

Архитектурные паруса под куполом наполнились негой и с томным восторгом лили вниз, в кресла будущих слушателей и зрителей, чарующие звуки Прелюдии к сюите «Ода королю Сумеречных Земель».