Убойные дневники Лихобоя

Тут я панимаю, шо маи додиржалки (запястья) парезаны и капают туда, прям на костачела (скелета). А ва сне тада на миня капала.

Я канеш, хватаюсь за них, патамуш дохнуть савсем нихочица, даж внутри виделки. Тока слышу «адайся смерти». Ну ежли Ты таво хошь, тада я, канеш, убьюсь. Ну и затыкал сибя костью.

Молитва 13. Канец

Эта… канец? Я нимагу двигаца и зябка, хатя на сам дели павсюду кравища и ана даж гарячая, но я этава не оч чую. Я даделал, шо Ты прасила?

Помню, я абарвался, када шум кой-та из наружи паслыхался.

Адин из бандюг тада Плясуна заграбастал и патащил туды. Ток патом я завиризалки сгрыз и пагнал мачить всех, кто вакруг был. Лупил са всех слягрей (со всей силы), но чёт пастаянна мима. Никаво низавалил, но ани родь сами сдаваца начали, испужались знач. Тока ни миня, наверн, а тех, на наруже.

Пабижал туды, пасмареть ктой-та, а там Резлаух. И Плясун, дохлый… Жалкорна (эмоционально окрашенное «жаль») иво, савсем мелкий был. Хател иму почистей, адать, шоб к Жругадрацу папал. Канеш, Ты лучш будишь, тока он сиравно, сю жись иму кланился, чой-та ме пад канец атбирать у ниво такую спамечнасть (осуществимая мечта всей жизни).

Тока эти челы, каторые не Резлаух, а кий-та чужии, стали махать сваими диривяшками, шоб мы к стине шли. Патом аказалась, шо эти палки ищщо срелами кидаюца.

Ну и я чё, па мне брасают, я назад сриляю. Даж четвира ме ничё нисмагли причувредить (навредить). А патом Балтаплёц миня абламал. Тыкалку к башке паставил. Я хател иво кинуть, шоб нимишался, а он мя, кажись, замачил.

Эта ж ничесна. Я иму бижать тада памог, к полтролю пригнал, шоб он парезки задобрил (ухаживал за ранами), кармил… А эта падла миня парезала, бута я чел кой-та с блистяхами. Терь я панимаю, пачиму челы так гоблу нилюбят. Но ежли я даж сваим верить нимагу, то каму? Хатя… Уже позна чё-та дум-думкать. Я сдох, падвёл Тибя, нисмагу сваи ашибки паправить.

Ваще удлёгна (крайне полезно в сложившейся обстановке), шо я магу балтать с Табой, шо и слава нинужны. Мож я и верю Резлауху и полтролю, но эта девка… Да, ана миня спасла, а до таво я иё.

Так шо мы квиты. А ежли я даж к Балтаплёцу зря спиной павирнулся, то ей падавна нечива слух-слухать, чё я базарю.

Ваще, я абалдел, как эта Ты сё прадумкала. Замачить миня, шоб Серый патом к жизни вирнул, да ищщо и слущить Те стал – я б нидадумкался. Ты не баись, я иму памагу, шоб он нидумал, шо Ты зло кой-та. Сё паисню, памагу панять чё Ты хочишь. Ну и в абиду, канеш, нидам.

А ахранять иво придёца.