Рождественский дроу

Оно, конечно, дроу в красном колпаке, который перед прыжком в портал нахлобучил, а меня Хозяин Зимы, зрелище и вправду удивительное, ну да мне же проще: достал из кармана смятый свиток, пробежался глазами по странным, непроизносимым именам, собираясь тут же на месте все подарки раздать и назад воротиться, оглянулся… А мешка-то нет!

***

— Кто посмел? — вскричал я, наверное, со стороны очень смешно, потому что кошколюди захихикали. Меня же накрывала ярость и предчувствие надвигающегося кошмара. Уж за потерянные подарки Хозяин Зимы по головке не погладит!

— У тебя какое-то дело, друг? — промурчал как ни в че не бывало кот.

Я их различал только по одежде, так как морды у всех были одинаковые — наглые и усатые. Но этот держался прямо как вожак, меховой длинный плащ на себя нацепил и меч с инкрустированной рукоятью.

— Он на праздник пришел, паа! — вынырнул из-за его спины мелкий котенок. — Правда же? Пойдем, пойдем!

Когтистая лапа призывно тыкала в сторону, откуда доносилась музыка. Я посмотрел.

Большая пальма посередине поляны сверкала украшениями. Отлитые из цветного стекла кубы и пирамиды, бенгальские светящие рыбки в прозрачных банках, гирлянды из чем-то склеенного цветного песка. На верхушке пальмы сияло большое солнце. Другие котята, более расторопные, прыгали вокруг соломенных чучел с ведрами на головах и морковками вместо носов, а присматривала за ними старуха в синем платье, которую они то и дело дергали за подол.

— Морозная бабушка, погляди!

— Морозная бабушка, а где наши подарки?

— Морозная бабушка, а мне придет письмо от Хозяина Зимы?

А вот подарков как раз и не было — они превратились в какие-то отдарки, да и все, здесь происходящее, выглядело совершенно безумно.

Один котенок подбежал ко мне и втихую разбил над головой какую-то штуку. Было тихо, но вокруг разлетелась целая куча разноцветного конфетти, а котенок засмеялся и побежал прочь. В праведном гневе я погнался за ним.

***

Я побежал за котенком, так бесцеремонно осыпавшим меня блестками, и через несколько поворотов улица начала уходить резко вниз, к окраине городка, а голоса стали стихать где-то позади.

Здесь я замедлился, убедившись, что проворного мальчишку не так-то легко догнать в месте, которое он знает как свои четыре лапы, так что шалости, вероятно, суждено остаться безнаказанной. Эх, как же все-таки хорошо, что в этот момент моей поблескивающей рожи не видели сородичи! Вовек бы не отмылся от такого позора…

Кстати, о помывке.