Лёха - сокрушитель Вселенной

– Думаю, братья, мы ошиблись и попали в плен к благородному воину, – произнёс Ганс. – Скажи, о благородный муж, ты дал какой-то обет? Почему ты бьёшься без доспехов и меча?

Лёха потянулся, хрустнул позвонками, почесал голову.

– Быстро вы переобулись, бля, – произнёс Лёха.

Отпускать пленников решительно не хотелось, но слово «выкуп» замаячило перед глазами, рисуя золотые горы и несметные сокровища. В итоге жадность победила, и Лёха согласился на переговоры с врагом.

– Чё за выкуп, рассказывайте, – приказал он.

– Ты, вестимо, из других краёв, раз не слышал о таком обычае! Наш сюзерен, барон Индржих, щедро заплатит за каждого из нас! – велеречиво начал Ганс.

– Это если он рыцарь, – напомнил Йозеф.

– Быть не может, чтобы нас троих пленил простолюдин, – ответил ему Ганс. – Я уверен, сей витязь наверняка посвящён в рыцари. Даже если и нет, то благородство и честь ему не чужды, клянусь подвязками моей возлюбленной Радегунды.

Лёха высморкался в пальцы и вытер их об траву.

– Я-то пацан нормальный, без базару.

Но сказать за него сейчас мог только Петрович. Что он, собственно, и сделал.

– Он Герой! Избранник Богини! Гностический Либератор! Развоплотитель Колдовства! – верещал петух, приковывая к себе удивлённые взгляды. – Собутыльник Ледовласого! Трижды Перерождённый!

– Ну всё, харэ, угомонись, – оборвал его Лёха. – С вашим бугром перетереть достоин, вы уж не сомневайтесь.

– Жрать охота, – невпопад буркнул Йозеф.

Лёха притянул сумку с едой поближе, заглянул внутрь, небрежно бросил рыцарям.

– О благородный воитель, не соизволишь ли ты развязать нам хотя бы руки? – спросил Ганс.

Герой почесал голову, отчётливо понимая, что со связанными руками они поесть не смогут.

– Лёха, не надо! – встревожился Петрович.

Паладин встал, отряхнулся, подошел к рыцарям. Сел на корточки перед ними, оценивая обстановку. Рыцари во все глаза глядели на него, изображая святую невинность.

– Так, бля, – начал он. – Будете бузить — вам Петрович лицо обглодает, понятно?

Петух воинственно тряхнул гребнем и хлопнул крыльями.

– Не будем, – сказал Фриц.

– Клянусь жемчугами моей возлюбленной Радегунды, мы не доставим проблем! – выпалил Ганс.

Лёха покачал головой.

– Хули мне её жемчуга? Ты слово пацана дай.

Рыцари недоумевающе посмотрели на Избранного.

– Мне незнакома такая клятва, – неуверенно произнёс Ганс.

Лёха слегка улыбнулся.