Лёха - сокрушитель Вселенной

— Там таран, бля! Стреляйте по ним! — заорал Избранный.

Лучники осыпали их стрелами, но толстая каменная шкура легко держала выстрелы. Стрелы отскакивали от неё, не причиняя вреда.

— Отставить! — прокричал Герой, и лучники стали обстреливать тех, кто карабкался по лестницам.

Ворота приняли на себя ещё один сокрушительный удар. Дрожь докатилась до самого верха.

— Кипяток! — крикнул Лёха.

— Кончился! — ответили ему.

Его взгляд наткнулся на груду камней, оставшуюся после попадания катапульты. Камни наверняка могли пробить троллью броню.

Лёха подбежал к ней, схватил первый попавшийся камень размером с арбуз, сбросил вниз.

Попадание было точным, но слабым. Один из троллей пошатнулся, когда камень ударил его в плечо, но не более. Таран снова обрушился на ворота, и Лёхе показалось, что он слышит треск. Он выбрал камень побольше.

— Ну-ка... Бля... — выдохнул он, отрывая тяжёлую глыбу от поверхности.

Он почувствовал, как хрустят его кости, а по спине струится липкий пот, но всё равно дотащил камень до края.

На этот раз вышло наоборот, сильно, но неточно. Никто из троллей не пострадал, но рухнувший камень буквально размазал целый десяток гоблинов, которым некуда было отскочить.

— Да сука! — выпалил Герой.

Снова раздался грохот, когда окованный железом таран встретился с воротами Белого Города. Внизу выстроились ополченцы из резерва, с копьями наперевес. В резерв отправляли самых молодых и самых старых, и Лёха видел, как дрожит оружие в их руках.

— Да пошло оно всё! — заорал Избранный, хватая самый большой из камней.

Круглый обтёсанный камень был тем самым снарядом из катапульты. Лёха напрягся, поднатужился и поднял его над головой на вытянутых руках.

— На, бля!

Лёха разбежался и бросил его с размаху, вкладывая в бросок всю накопленную злость. Под стеной раздался треск и грохот, как от взрыва. Когда пыль осела, Лёха увидел, что в глубокой воронке лежат мёртвые тела порождений зла, а уцелевшие враги спешно отступают.

Глава 52. Цыплята Учатся Летать.

Лёха ожидал, что штаб станет кипеть и бурлить, празднуя первую победу и разрабатывая планы контрудара по силам зла, но вместо этого его встретила тишина и упадок. Пораженческие настроения охватили даже Архимага. Генерал сидел над картой, обхватив поникшую голову руками, консул Брут тихо молился в углу. Офицеры рангом пониже тихо переговаривались, но всё равно было видно, что каждый из присутствующих пал духом.

Герой почесал затылок.