Солнце цвета крови

Коротышка забрался на поросший травой бугор и открыл рот:

- Слушайте, отморозки! Грабежами и зверствами вы вызвали гнев у меня, у правителя этих земель Коиннеаха Могучего! Стоны народа достигли моего сердца и наполнилось оно кровью...

Дальнейшую речь, полную самовосхвалений, слушать никто не стал.

- Могучего? - удивился Нерейд. - Да он такой же могучий, как я - невинная девушка!

- Как он нас назвал? - поинтересовался Хаук. - Отморозками? Что это значит?

- Должно быть, - с умным видом ответил Арнвид, - он именует нас теми, кто пришел от мороза.

То есть с той стороны, которая насылает холода. Людьми с севера, нордманнами.

- Ага, - конунг кивнул и принялся слушать дальше.

Коротышка, наделивший сам себя прозвищем "Могучий", перешел к более приземленным делам.

- ... и ждал я вас тут со своей верной дружиной пять дней, - говорил он, отчаянно пыхтя и размахивая руками. - Зная, что не пройдете вы мимо беззащитного селения! Соблазнитесь грабежом!

- Так они тут уже всех девок перепортили, - покачал головой Нерейд.

- И свиней самых жирных съели, - печально вздохнул Вемунд.

- Тихо, - цыкнул на них конунг. - Дайте дослушать!

- ... и сегодня мы уничтожим вас, растопчем и порубим! Во славу великой Матери Богов! - коротышка пухлой ручонкой утер пот со лба. - Впрочем, вы можете сдаться! Сильные рабы стоят недешево...

- Руби! - рявкнул Хаук. - Одину слава!

- Одину слава! - с дружным ревом викинги бросились вперед.

Глаза коротышки выпучились, а челюсть недоуменно отвисла. Как же так? Коиннеах Могучий привык, что его речи всегда дослушивают до конца.

В этот раз все вышло не так. Неотесанные северяне - что с них возьмешь?

Он поспешно бросился за спины своих воинов, рявкнув:

- Вперед, идиоты!

Два строя столкнулись со страшным грохотом. С дерева, испуганно вопя, сорвались три вороны. Лучники бриттов выстрелить так и не успели.

На стороне воинов правителя были длинные копья и численное превосходство, на стороне викингов - сила и напор.

Торир один за другим метнул свои топоры, двое копейщиков рухнули, и в стене щитов образовалась прореха.

Она не успела затянуться, как в разрыв, разя мечом, ворвался Хаук. На другом фланге неосторожный воин ткнул копьем в лицо Кари. Ощутив рану, огромный викинг на мгновение замер, а затем от крика его содрогнулся берег.

Глаза Кари стали багровыми, отброшенный в сторону щит сбил с ног воина, собравшегося вонзить меч в бок Нерейду. Ленивый врубился в строй врага, точно кабан в камыши. Копья ломались об него, мечи отскакивали.