Адепты меча и условностей

Тот спорить не стал.

В новом отряде Отан был самым младшим и самым неопытным. Так что приходилось терпеть насмешки от имперских рыцарей, особенно Гоара. Другой рыцарь, Тефас, относился к жизни проще. Он тоже часто подшучивал над Отаном, но без злобы. А в перепалках и вовсе выступал миротворцем. К лидеру группы оба рыцаря обращались как к равному. А вот Ютта почему-то выкала — и Отан быстро перенял у неё эту манеру.

Всё-таки, он чувствовал себя самым бесполезным в отряде. С зачарованными оружием, пожалуй, какой-то толк от стрелка был бы.

Но сейчас его выстрели ранили примерно как молнии архимага. Только тот мог обрушить гнев Небесного Отца на весь отряд противника. А от одной стрелы много ли толка?

Впрочем, Отан понемногу учился военному делу. Да и притирались друг к другу понемногу — в военных походах иначе нельзя. К чему стрелок точно привыкнуть не мог — так это к привычке Вольфгара путешествовать. Архимаг сооружал сомнительную конструкцию из молний, которая и подхватывала весь отряд.

В этот раз они заночевали на эльфийской земле — Ютта настояла. Владения Мортис нервировали девушку, а тут — такой оазис посреди пустошей. Крохотная опушка вечной осени жалась к кристаллу природной манны. Жезл, поставленный каким-то остроухим старцем, держал оборону, не давая траве окончательно увять.

Странный это народ — дети двух уже мёртвых творцов. Отан помнил, как всего пару лет назад начали пробиваться там и тут зелёные камни — источник магии остроухих. На Невендаар клочками наползла осень.

Колодцы волшебной силы и защита родной земли — знак крепкой связи народа со своим божеством. А кто вдруг стал покровительствовать эльфам? Мортис, которой стало мало Орды? Или сгинувший во тьме Галлеан? Этак через пару-тройку лет заявят о своих правах зеленокожие, да и начнут покрывать некогда имперские территории... каким-нибудь папоротником.

— Хочу один склеп проверить. — Сказал Вольфгар. — Предчувствие у меня насчёт него. Хорошее. Так что — едем немедля.

— Архимаг обернулся к отряду. Расплылся в широкой улыбке, увидев, что солдаты перспективе «поехать» совсем не рады. Только кони рыцарей смиренно фыркнули. — Эх, понеслись!

Архимаг взмахнул посохом и земля под ногами заискрилась змейками молний. А потом их всем отрядом понесло вперёд. Старик Вольфгар голосил, как ребёнок, несущийся на санях по гномьим снегам с горки. Отан же чувствовал себя скорее пассажиром лавины.

***

Отан пускал стрелу за стрелой.