Адепты меча и условностей

Но… говорить такое вслух было не принято. Кажется, Нигель впервые слышал крамолу, произнесённую так просто, между делом. Почему-то показалось, что события прошлых месяцев — ловкий трюк. Сейчас Мутрэль окажется переодетым инквизитором. Его коллеги выскочат из кустов и утащат чернокнижника в лучшие пыточные Империи. Так, на всякий случай.

— Народ, которому суждено было наследовать Невендаар, живёт распрями и страхами. Люди, поклоняются богу, который даже не создавал их.

— Небесный отец создал!.. — Слова вырвались сами собой и Нигель пожалел о них, ещё не окончив фразы.

— Ой… извините.

Он обхватил руками колени и замолчал. Нигель не считал себя особенно религиозным. Грубо говоря, он и так уже сменил конфессию. Но, кажется, не успел избавиться от имперского воспитания. Наверное, здесь, среди солдат Орд Нежити, слова о том, что сами боги сотворены небесным отцом, могут оказаться не меньшей крамолой, чем недавние рассуждения вампира. Пусть они тоже были правдивы.

— Ты прав, наш мир создан небесным отцом.

— Сказал Мутрэль. — В широком смысле. Но к Невендаару он отношения не имеет. Как и к людям. Нет смысла возносить ему молитвы — он не станет слушать. Всё, что могут получить люди взамен — так называемую «благодать». — Вампир тяжело вздохнул. — Мне грустно видеть, как люди, запутавшиеся и несчастные, ищут своё место в мире. Они бегут из Империи, присягая на верность тем, кого в душе ненавидят. Легионы перековывают свободные сердца, наполняя демоническим пламенем. Что до Мортис… Когда ты перестанешь страшиться печальной богини, твоя душа обретёт покой.

— Я и не боюсь её, — сказал Нигель. И это было правдой. Его страшило общество живых. Пугала ненавидящая нежить Империя. А в Ордах ему было спокойно. В памяти всплыл день, когда Мортис коснулась его второй раз. День, когда ему в последний раз было по-настоящему страшно. И именно люди вызвали этот страх.

— Это хорошо. — Серьёзно сказал Мутрэль. Что-то привлекло его внимание и вампир повернул голову — медленно, словно прислушиваясь.

Он втянул воздух и на мгновение прикрыл глаза. В этом жесте было что-то звериное. — Сегодня тебе представится возможность увидеть, что небесный отец творит с созданиями Бетрезена. Я чую ангелов.

Носферату спешился. И там, где его ноги коснулись земли, имперская трава пожухла, окрасившись медью. Не оборачиваясь, Мутрэль махнул рукой, призывая следовать за ним. И пошел вперёд. За ним оставалась притоптанная тропка, по которой уже шагал лишенный седока конь.