Адепты меча и условностей

И тогда Вотан понял — для того, чтобы познать мир, мало жертвовать частью себя. Лишь тому откроется мудрость, кто готов лишиться всего. И вот, воплотившись в смертного гнома, пришел Вотан к священному древу эльфов. Вроде того, из которого ушастые делают себе столицы. Только побольше. — Говоря, Кагерик наклонился к корням и поднял предмет. Он и правда оказался из какого-то светлого металла. Штука, вроде медальона. Не думаю, Кагерик спрятал предмет в кулаке. В конец концов, Мутрэль сам осмотрел здесь всё вечером. Значит, эта безделица Ордам была не нужна.

— Взобрался он на ветку повыше, да и принёс Невендаару в жертву самого себя, пронзив грудь ритуальным копьём. Острие копья вошло в древо, пригвоздив к нему бога. Но, как ты понимаешь, боги относительно бессмертны. Вотан провисел так девять дней и ночей. Там, на границе бытия и небытия отыскал он руны. Тогда, завершив своё путешествие за знанием, он вырвал копьё из груди и рухнул наземь.

— Весьма… занимательная история, — осторожно заметил носферату.

— Значит, Вотан принёс себя в жертву, зная, что не приносит жертву. И за этого его наградили… кто, кстати, награждает богов?

Кагерик пожал плечами.

— Кажется, я что-то слышал о звёздах вне богов и моральный закон внутри них… — сказал он неуверенно. – Или это про что-то другое…

— Здорово, — сказал Мутрэль, — так в чём мораль твоей истории?

Гном сразу приободрился. На этот вопрос у него был готов ответ.

— Даже богам иногда приходится рисковать всем, пусть и не совсем взаправду. — Сказал Кагерик.

— Раньше серьёзно с профсоюзом гильдий никто не ссорился, так? Ну вот, я буду первым — поставлю жизнь на кон. Вдруг мне тоже какое-нибудь особое знание откроется?

Некоторое время Мутрэль молчал. Потом сказал:

— Я не буду тебя отговаривать. Но ты совершаешь глупость.

— Даст Вотан — свидимся. — Кагерик ткнул вампира в бок. — И, может даже — на поле боя. Только уже по разные стороны.

— Скелет бы из тебя получился — на загляденье. — Сказал Мутрэль.

Гном скрипнул зубами. Кулак непроизвольно сжался сильнее и твёрдые рёбра медальона неприятно впились в кожу.

Вот дались им всем эти скелеты…

— Сам ведь говорил — валькирии быстрее… этой вашей.

***

Хороший вор живёт долго. Его кражам и диверсиям сопутствует удача, он избегает опасных стычек и не упускает шанса прирезать нерасторопного мага. Но, рано или поздно, неудача всё же настигает и его. Превосходный вор отличается от хорошего тем, что сам инсценирует свою смерть и отходит от дел.