Адепты меча и условностей

По официальной версии, Гилберт был пойман и казнён при попытке отравить колодец в захваченном Легионами форте. На самом же деле он просто сменил синий балахон шпиона Империи на чёрный, став в профсоюзе гильдий агентом по особым вопросам. К особым вопросам относилось, например, грубое неисполнение должностной инструкции кем-либо в Невендааре. Профсоюз считал, что пока бесконечная война идёт по правилам, в ней нет ничего плохого. В конце концов, она создавала рабочие места и социальные лифты. В каком-то смысле, благодаря войнам Невендаар процветал.

Вот если бы правила не соблюдались – начался бы хаос и неразбериха. Все остальные считали, что злить кого-то настолько могущественного, как профсоюз гильдий — очень глупо. Оттого и нарушителей не было. Так что Гилберт сидел без работы, получая, впрочем, щедрое жалование.

Он со стороны смотрел за тем, как вечно тлевший раздор приводил Невендаар в движение. Сотни крохотных шестерёнок крутились, задевая друг друга. Отлаженная, ни на миг не останавливающаяся механика.

Иногда ему хотелось вмешаться — руки чесались пырнуть какого-нибудь зазевавшегося мага. Но Гилберт был частью системы, а потому — тоже старался следовать правилам. Клинки скучали без дела.

Он не смог бы объяснить, что беспокоило его в последние дни. Как будто идеально работавший механизм войны Невендаара начал… скрипеть. Ничего не сломалось. Не было никаких видимых проблем. Но чутьё говорило о каким-то разладе. То самое чутьё, которое во времена подданства Империи помогало вору уходить от заклятий врага.

Он даже не удивился, увидев, как белая птица в небе отделилась от клина и устремилась вниз, к вору.

— Началось, — тихо сказал он себе.

Гилберт подставил руку и крупные когти сжали его запястье. Если бы не грубая ткань балахона, на коже наверняка остались бы глубокие царапины. Вблизи птица оказалась довольно крупной. И тяжелой. Свободной рукой вор отвязал капсулу со свитком от лапки гонца.

— Всё, лети к своим, — сказал Гилберт.

Хлопнув крыльями, птица взмыла вверх и вскоре влилась обратно в клин. Гилберт вскрыл капсулу и достал свиток.

— Кагерик, — прочитал он. Пробежал глазами дальше по тексту. Присвистнул. — Нарушение договора найма. Приговорён к смерти.

Гилберт улыбнулся. Наконец-то он развлечётся.

***

Паутина покрывала стены ущелья словно плесень забытый хлеб. Вампир оказался прав — единственный проход через скалы кишел пауками. Кагерик знал, что он сильный воин.