Хроники падшего

— Нет, сначала вы, — возразила Ева, тряся головой и снимая нахлынувшее на неё наваждение, — Какое у вас дело? Вы знали жертву? Она ваша клиентка?

Блин, сейчас она избрала ту же тактику. Хорошо, что я устойчив к воздействию на разум. Я, но не Михаил, поэтому он тут же принялся послушно отвечать:

— Она не совсем наша клиентка, мы только хотели встретиться, чтобы подписать договор и обсудить фронт работ.

— Не уверен, что тело и наша клиента – это один и тот же человек, — сказал я, проходя внутрь комнаты, оказавшейся спальней.

— Мы встречались два дня назад, она была вполне себе живой. — Пройдя к окну, я остановился возле высокого трюмо. Угол покрыт засохшей кровью с прилипшим клоком светлых волос. — Она была брюнеткой, а не блондинкой, как обладательница этих волос. — Порывшись в открытом ящике трюмо, где уже похозяйничали полицейские, я обнаружил перевёрнутую рамку с фотографией. На ней изображена клиента, я показал фото Еве. — Это труп?

Следователь подошла ближе, рассматривая предложенную фотографию.

— Нет, — наконец, ответила она, но несколько неуверенно, после чего добавила: — Наверное... Тело было сильно обезображено, травма головы не сильно позволяет судить о сходстве.

Обстановка в спальне была странной и без окровавленного трюмо и лужи крови на полу возле него. Многочисленная одежда из гардероба и разные вещи с открытых полок были разбросаны по всей комнате. На полу так же валялся торшер, зацепившись объёмным абажуром за кровать. Полицейские вряд ли стали бы так осматривать комнату.

Ева обратила внимание, что меня заинтересовал погром в спальне.

— Когда мы приехали, уже так и было.

— Что произошло? — спросил Михаил, заглядывая в открытый шкаф, где осталось ещё пара вешалок с кофточками.

— Сегодня утром позвонили соседи снизу, жаловались на неприятный запах из вентиляции, — начала рассказывать Ева. — Пришёл участковый, но ему никто не открывал. Запах напоминал трупный, поэтому вызвали слесаря, вскрыли дверь и обнаружили такое. Тогда участковый вызвал нас.

— Что сказали врачи? — продолжил Михаил.

— Открытая черепно-мозговая травма, по внешним признакам несовместимая с жизнью, — ответила она.

Можно попытаться посмотреть остаточный энергетический фон в квартире, смерть должна была вызвать сильный всплеск. Конечно, за несколько дней всё могло улетучиться, но попробовать стоит. Я несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, успокаивая дикую человеческую нервную систему, нужно постараться максимально расслабиться. Нет.