Хроники падшего

В старой хрущёвке не было лифта, поэтому пришлось топать пешком. Поднимаясь по лестнице, мы остановились возле квартиры с открытой дверью. Михаил поморщился, чтобы почувствовать ужасный запах из квартиры. Михаил, прикрывая нос рукой, чуть отвёл дверь от стены, чтобы посмотреть номерок.

— Чёрт, это наша квартира... — несколько разочарованно произнёс он. Напарник так не хотел приплетать к этому делу полицию, но сейчас никуда не деться.

Крохотная прихожая совершенно не скрывала ничего, что происходило в комнате напротив входной двери.

Внутри виднелись полицейские, перебирающие вещи, если бы не полицейская форма, то можно было решить, что воры ищут что-нибудь ценное.

— О! Привет! — удивлённо воскликнул Михаил, но тут же закашлялся, так как неосмотрительно глубоко вдохнул прекрасную смесь ароматов, витавших в атмосфере квартиры.

В прихожей на кожаном пуфике сидела Ева и заполняла какие-то бумаги. Услышав голос, она посмотрела на нас и отложила папку.

Встав со своего места, она позволила Михаилу обнять и поцеловать себя.

— Привет! — сказала она одновременно мне и Михаилу. — Что вы здесь делаете? Ой, а кто это такой красивый? — ласково произнесла Ева, заметив попугая на моём плече. — Его можно погладить?

Вообще-то, она спрашивала у меня, но чересчур разумная птица, опередила:

— Для тебя, красавица, что угодно, — проклекотал попугай, зависая в воздухе перед девушкой, — Кстати, меня зовут Ларкен.

Ева восхищённо рассматривала попугая и гладила его грудку и голову.

Ларкен довольно урчал и подставлял другие части тела под нежные руки человеческой женщины.

— Не обращай внимание, это питомец Коли, слишком разговорчивый, — максимально сдерживая себя, произнёс Михаил, грозя кулаком Ларкену. Если бы он не знал, что в теле птицы скрывался демон, то, наверное, не проявлял столько ревности.

— Мы здесь, вообще-то, по делу, — напомнил я. — Что здесь произошло? Тело, которое вынесли минут пять назад, отсюда? Что-нибудь необычное заметила? Странные травмы? Может, какие-то символы? Желательно из крови?

С каждым новым вопросом взгляд Евы затуманивался и становился всё более пустым.

Я завалил следователя таким количеством вопросов, что она практически сдалась и принялась бы отвечать на них, но пересилив себя, взяла контроль над своим разумом. Нет, не суждено мне контролировать человеческие разумы, как это делает Камаэль.