В гостях у Бога

Рядом сидел мой верный ассистент Сёмка и хлебал кефир из бумажного пакетика.

Я открыл глаза. Живой вроде бы. Пошевелил руками, ногами, головой. Ну, точно же, живой. Вот ведь сюрприз.

- Очнулись, Фома Ильич, – а Семён как будто бы и не удивился вовсе моему воскрешению, – ну, и каковы Ваши ощущения?

- Зашкаливают мои ощущения, Сёмка, – улыбнулся я, и вдруг обратив внимание на мерно покашливающий рабочим состоянием «сновизор», тут же вскочил как ужаленный, торопливо освобождаясь от паутины проводов, – «Сновизор», Сёмка! Запись! Запись!

- Что случилось? – не понял ассистент.

- Не тупи! – радостно прикрикнул я, – «Сновизор» записывал всё то, чем я грезил, пока находился в отключке! Это же сенсация, Сёмка! Врубай – сам увидишь.

Семён врубил.

Но, к моему великому разочарованию, прибор записал всего лишь трансляцию футбольного матча между «чёрно-красными» и «белоснежными». Кстати, это был самый скучный матч из всех тех, которые мне приходилось когда-либо наблюдать.

Игроки обеих команд крайне лениво пинали и отбивали несчастный мяч, как будто бы ни один из них ни к какой победе вовсе не стремился.

- Не понимаю, что тут сенсационного, – пожал плечами Семён после пятнадцати минут просмотра этого спортивного мероприятия, – однако смею напомнить, что нам следовало бы поспешить, ибо к нам уже едут…

- Точно ведь, – хлопнул я себя по лбу, – как же я мог забыть.

Нас ведь очень быстренько повяжут сейчас за всю наркоту нашу. Так что нужно очень срочно либо менять базу, либо просто-напросто бросать всё к чертям. А запись…, это не та запись, которую я ожидал увидеть. Но можешь перекрутить на финал. Интересно, чем же это всё закончится всё-таки.

- Понятия не имею, что такое «наркота» – нахмурился мой ассистент, залпом допивая кефир, – какое-то Ваше новое изобретение, о котором я ещё не знаю? В любом случае, никто никого вязать не собирается, а сюда едут Ваши же коллеги, чтобы оценить «Сновизор».

Мы же на премию выдвигаемся, неужели Вы не помните?

Затем Семён включил финал записи футбольного матча. Игроки, низко опустив головы, брели прочь с поля, а комментатор бодрым голосом разорялся:

«Опять ничья! Ну, что ж, придётся в очередной, две тысячи двадцать первый раз, брать дополнительное время».