На ступнях и копытах

Север — жестокий край. Наши прожаренные солнцем пустыни не сравнятся с вечной мерзлотой тех земель. Там выживают самые сильные. Мне кажется, сила духа и пережитые невзгоды передаются у северян с кровью. Старый, молодой или ребёнок - у них одинаково читается во взгляде закаленная жёсткость. И у тебя такие же глаза. Для твоих лет они не в меру взрослые. Словно пережить тебе пришлось побольше многих. Это неосознанно пугает и отталкивает других существ.

— Понятно, — глухо проронила ветеринар.

— Проще надо быть.

И хмуриться перестать, глядишь, и народ подтянется! — утешил Джаст, похлопав аспирантку по плечу. Девушка недовольно увернулась.

— А сам? Лошадиные уши, у тебя на лбу прямо и написано: «Не подходи, а то лягну». Я не вполне уверена, в твоей компетенции раздавать советы на данную тему.

— Да ты хоть раз можешь меня серьёзно воспринять?! — вспылил парень. — Я к тебе по-хорошему пытаюсь отнестись! И бес толку!

— Я к тебе тоже по-хорошему отношусь. Помогаю не от нечего делать. С другой стороны, погоди, мне стало скучно и копаться в лаборатории надоело, — размышляла Имир, — Лошадиные уши, выходит ты прав — все бес толку.

Джаст скривил губы и махнул хвостом.

— Пакля, я сейчас тебе бидон на голову одену! Будет тебе, в самый раз, молоко за вредность!

Молочный душ не состоялся. Как ни крути, а жалко переводить честно экспроприированное. Кентавр обошёлся лихим поглаживанием по голове. Девушка аж зашипела.

— Эй, Пакля, да ты горишь! — удивлённо одернув от головы Имир руки, воскликнул парень.

— Будь добр, определись, наконец, — проворчала аспирантка, пытаясь распутать закрутившиеся дреды, — минуту назад по твоим же словам от меня веяло холодом.

— Тыква у тебя сейчас вскипит! С ума сошла по самому солнцепёку без головного убора ходить! — точно нервная мамаша запричитал Джаст.

— Я обычно в доме сижу. Из дома выхожу, когда перестаёт печь. Не учла.

— Замечательно! Для полного счастья не хватало мне тебя на спине тащить, когда ты грохнешься в обморок от солнечного удара.

— Кентавр снял широкополую ковбойскую шляпу с прорезями для второй пары ушей и небрежно нахлобучил на Имир. — Держи, напрокат.

— А ты?

— Переживу, — отмахнулся парень, — для меня не столь критично. Я привык.

— Понятно. — Девушка задумалась. — Где ты живёшь?

— Пакля, ты невыносима! — закатил глаза Джаст. — Ты можешь перескакивать от темы к теме как-нибудь помедленней? И пологичней. Я за тобой не поспеваю.

— Не моя вина, раз ты тормоз.