Вокруг Нового года

Зверь так и застыл на месте со скорбно опущенными усами и поджатым хвостом.

— Что делать, Мохнатый?

— Я Кот… — начал кот, но затем горестно махнул лапой.

Дрожащими руками Андрей осторожно поставил фонарь на снег и аккуратно приоткрыл дверцу…

Ох!

Прогоревший фитиль сломался, но огонек все еще тлел. Стараясь не дышать, Андрей осторожно вытащил свечу и, прикрывая пламя ладошкой, поднес к рукаву куртки. Кот примостился рядом, вытянув морду. Огромные желтые глаза уставились на свечу, словно хотели загипнотизировать пламя.

И тут произошло страшное — свеча погасла.

Испустив душераздирающий вой, кот обмяк.

Неужели все?

Нет! Шанс еще есть!

Андрей схватил куртку и, высоко подняв ее над головой, бросился навстречу взмывающему над плато дракону. Увернувшись от адского пламени, он покатился по снегу, но дело было сделано — куртка вспыхнула. Самым настоящим, живым, обжигающим огнем.

— Ура-а-а!

Андрей лихо рубанул левой рукой по локтю правой в сторону дракона — вот тебе! Знай наших! А дракон неожиданно рассыпался веселым смехом.

А потом снизу появился довольный, улыбающийся тролль с двумя бочками пива под мышкой.

— Молоток, справился, — добродушно прогудел он, поглаживая зеленой лапищей Андрея по голове.

Рыжая запечатлела на губах студента сочный поцелуй, а недомерок с уважением пожал руку.

— С тобой приятно иметь дело, — пропищал маг.

И тут из темноты появились тролли, эльфы, ведьмы, гномы. Они быстро разожгли костер (и где только нашли дрова?). Тролль вытряхнул свой мешок — оказалось, все это время он пёр наверх еще и поросенка.

Это тролль сказал «поросенка», на самом деле — здоровенную свиную тушу. Бочонки пошли по кругу. Андрей долго отнекивался — от одной только мысли о холодном пиве на морозе его начинала бить дрожь — но недомерок поколдовал над бочками, и пиво превратилось в кое-что покрепче. Гораздо крепче.

Гномы отплясывали с ведьмами, порядком набравшиеся тролли затянули не слишком благозвучные, зато очень громкие песни, а над всем этим безобразием в звездном небе парил дракон.

От костра, горячительного или бесшабашного веселья, царящего вокруг, Андрею вдруг стало жарко. Он потянулся к застежке, чтобы снять куртку, и вспомнил, что она сгорела в костре. Стало немного грустно.

— И что это? — спросил он рыжую. — Шабаш?

— Нет, просто мы так празднуем Рождество. Традиция. Кстати, с днем рождения, милый!

— Спасибо. Только как-то дурацкая традиция. Пугаете людей, устраиваете войнушку, лезете на гору. И все ради попойки.