Призрак Алленберга

А о том, что я видел и пережил, ты прочитать не могла. Все было хорошо, пока не началась война.

- Вторая мировая... — шепчу я.

- Именно. Национал-социалисты жестко следовали своей идеологии. Она распространилась и на Алленберг. Тысячи душевнобольных вместе с детьми были уничтожены эсэсовцами. Ты ведь не знала, что там, — призрак махнул рукой в сторону забора, — где ты сейчас работаешь, тоже был детский сад в то время.

- Не знала.

- Вернее, отдельный корпус для психически нездоровых детей. Просто занимались сними, как в детском саду, только по особой программе.

- Представляю. Сейчас тоже существуют специальные коррекционные программы для таких деток. Но ты говоришь, что психи... — Огромные глаза призрака вдруг становятся еще больше. — Прости... душевнобольные были уничтожены, в том числе и дети. Но насколько я знаю, это одна из версий. Больницу, скорее всего, расформировали в 1940 году.

- Эх ты, горе-знаток! — ухмыляется мне полупрозрачное существо. — Можешь и дальше верить в удобные версии. Я рассказываю тебе, как было на самом деле.

Ведь мой отец работал здесь и буквально жил на работе. А я периодически приходил сюда и иногда оставался с ним ночевать. Здесь же я и встретил свой конец.

- Так ты!.. Призрак Алленберга! — делаю я круглые глаза от удивления, несмотря на то, что догадки были. — Тот самый! Живая легенда!

- Какая там легенда, медноволосая леди, — грустно улыбается «мое открытие». — Я был бы ею, если бы смог хоть кого-нибудь спасти. Хоть и был юным, но помню отчетливо, как убивали людей по фашистской программе, потому что они мешали созданию чистой «арийской» расы.

А «психи», как ты сказала, мешали этому в первую очередь. Ведь от них проще избавиться, чем лечить их и содержать! И когда вышел сей жестокий приказ, Алленберг не был исключением.

- Да уж, ужасное время, — вздыхаю я. Понимая, что время моего перерыва подходит к концу, а вопросов осталось еще много, в надежде услышать продолжение озвучиваю «собеседнику»:

- Я приду завтра за продолжением истории, можно, призрак Алленберга?

Он меняется в лице, снова демонстрируя свою светящуюся улыбку:

- Конечно, Лиза.

И такое обращение мне нравится намного больше. Призрак Алленберга звучит гораздо лучше, чем студень или холодец. Сказав последнее, привидение вдруг рассмеялось так, что стало смешно и мне, несмотря на то, что несколько секунд назад состоялся совсем не веселый разговор.

Смеяться я перестала только по приходу в детский сад. Обеденное время пролетело незаметно.