Магистры пятого знака

Одно дело – прибыть на плато Злого духа (в самый центр опасных скал) с помощью магии, и совсем другое - пробираться через жуткий горный массив пешком, без того багажа, который отличает волшебника от обычного человека.

- Неужели они перессорились на тусовке и истратили друг на друга всю энергию? – решил я блеснуть эрудицией.

- Если бы! На… как ты ее назвал – тусовке? кто-то сыграл с участниками злую шутку - лишил их магической силы. Нет, колдовать маги не разучились, но любое волшебство отбирало столько тепла у организма, что чародей попросту покрывался инеем, сотворив пустячное заклинание.

Про серьезное и говорить нечего. Маг смертельно замерзал раньше, чем оно вступало в силу.

В общем, из тех, кому все же посчастливилось выбраться из гор Острых когтей, мало кто мог заниматься прежней работой. Мелкие шалости - еще куда ни шло, но кому нужны фокусы дрожащих от холода чародеев? Тогда-то на планете и появились первые проклятые рыцари, отмеченные каким-то специальным знаком. Может быть, вон тем, - карлик указал на мою татуировку.

- А в чем заключается их проклятие?

- Этого не знает никто. Одно могу сказать точно: когда два таких воина встречаются, в живых остается лишь один. Пришельцев у нас почему-то не любят. Поэтому, если хочешь меньше неприятностей - старайся не отличаться от других.

- Информацию о меченных бойцах достать сумеешь? – спросил я, отрывая вторую полоску ткани от рубахи и перевязывая шею импровизированным бинтом. "Не судьба мне ходить в целых рубашках по диковинным мирам, ох не судьба".

- Обижаешь, конечно, сумею! Но не сразу. Зато теперь я знаю, куда нам надо путь держать.

По дороге в город Стайберг Ухтырь рассказывал мне о своем племени. Раньше крогулы не привлекали особого внимания людей, придворные маги и без них прекрасно справлялись с требованиями вельмож. А вот когда волшебники лишились своей силы, вспомнили про доставал, которые из всего чародейства обладали лишь способностью становиться невидимыми, да еще отличались особой пронырливостью и умением сцапать любую вещь, которая хоть на мгновение осталась без присмотра или не под замком.

Невидимостью управлял особый вид магии, не пострадавший в ходе необычного катаклизма. Обошло «замерзание» и порчунов, насылающих проклятия на род людской, точнее, на отдельных его представителей и за отдельные, вполне реальные деньги. Порчуны и доставалы недолюбливали друг друга по идейным, как высказался мой провожатый, соображениям:

- Эти мерзавцы играют по грязному.