Солнце цвета ночи

Ивар разглядел катящуюся от восточного горизонта полосу, растущую, обзаводящуюся гребнем, превращающуюся в чудовищного размера волну.

- Всем держаться! – только успел крикнуть, сам ухватился за борт и зажмурился.

Волна накатила бесшумно, без обычного рокота и плеска. Просто исчез воздух, на плечи навалилась тяжесть, куда-то поволокло, а опора под ногами пропала. Ивар задергался, попытался нащупать палубу, открыл глаза, чтобы понять, что вообще происходит.

Разглядел лишь, что болтается, как щепка в потоке, в чем-то мутном.

В ноздри хлынуло горькое, пахнущее вереском и болотной тиной, без спроса полезло в глотку.

Перед глазами стремительно потемнело.

Солнце припекало. Ивар ощущал, как лучи щекочут лицо и шею, невольно удивился, отчего продолжает спать, хотя день давно наступил, и почему лежит в одежде?

Открыл глаза, с некоторым удивлением вслушался в крики птиц. Когда засыпал, суша находилась далеко и орать было некому, или это рыбы нежданно обрели голоса? Пошевелился, и воспоминания обрушились с такой силой, словно ударили обухом.

В затылке загудело.

- Укуси меня Фенрир, - пробормотал Ивар и сел.

- Думаешь, лучше его челюсти, чем такое развлечение? – голос Арнвида прозвучал слабо.

Драккар как ни в чем не бывало покачивался на волнах, самое обычное солнце сияло в лазури, как кусок сотов, иссекающий жарким медом. Дружинники валялись по лавкам, Гримгельмир лежал у мачты, открыв рот.

А за бортом, примерно в миле виднелся берег.

- Эй, мудрейший, ущипни меня, - попросил Ивар, вглядываясь в зеленую полосу.

– Мне вон там кое-что мерещится.

- А ты тогда – меня, - ответил эриль, сидевший, привалившись спиной к скамье.

– Это что, мы всю ночь продрыхли, а за это время из моря вылезла суша? Да еще и обросла деревьями? – Ивар поднялся, для чего понадобилось напрячь все силы. – Как-то верится с трудом… Почему та волна выпустила драккар, не развалила на части? Как мы не задохнулись?

- Сколько вопросов, - Арнвид дернул себя за бороду, закряхтел. – Я думаю, нас отнесло куда-то.

Только странно как, корабль цел, никого за борт не смыло, хотя сознание потеряли все. Даже Кари сморило.

Нерейд застонал и сел, глаза были дико вытаращены, точно у совы, днем сослепу влетевшей в дупло к пчелам, рыжие патлы торчали, будто иглы у сердитого ежа.

- Отнесло, - Ивар покачал головой. – Но куда? Хорошо бы к родным берегам, только вот не верю я в это.

- Для Трандхейма тепловато, - согласился Арнвид. – Да и для Бретланда.