Приключения Стива и Форли

— Ты ведь понимаешь, что просто убедила саму себя в том, что это наилучший выход? — спросил маг. — Нет никаких «своих» или «чужих» Стивов и Форли. Мы все — примерно одни и те же люди.

— Это единственный выход, — возразила суккуб. — Рано или поздно я просто поубиваю всех вокруг, даже тех, кого люблю.

На секунду возник расплывчатый образ Стива.

— Хорошо, но почему ты тогда не нашла «вероятность», где мы были бы мертвы? Или просто не отравилась куда-то очень-очень далеко…

Ответ на второй вопрос был очевиден. Всё из-за них с братом.

Стив всю вселенную перероет, лишь бы найти Софию. На первый же суккуб ответила следующее:

— Чем сильнее разница, тем сложнее установить контакт, к тому же, мне надо как-то перенестись. Ничего личного, но вы лучший мой вариант.

— Лучший вариант, если ты обсудишь свои душевные проблемы с психологом, — негодуя заметил Форли.

— Ты не понимаешь! — в отчаянии воскликнула София. — Это сильнее, чем просто моё желание. Рано или поздно я всё равно сорвусь и… и… убью кого-нибудь из вас!

— Ты уже это делаешь! Прямо сейчас!

— Вы не мои Стив и Форли, — упрямо и холодно повторила суккуб.

— Это не важно! Думаешь, «другой» Стив относится к тебе как-то иначе? Да после твоей гибели я твоё имя произнести не могу, так, чтобы он не сделал вид, будто его насилуют раскалённой кочергой.

Здесь не было необходимости переводить дыхание после затяжных монологов, но Форли всё же прервался, просто по привычке.

— Думаешь, я вру? Ты ведь уже наверняка перенеслась, так? Сходи к Стиву и повтори ему в лицо то, что говоришь мне! Посмотри, что с ним будет.

Реакцией на это стала абсолютная тишина. Солифилисет будто бы исчезла, хотя контроль над телом оставался всё ещё у неё, не ослабевая ни на йоту.

Она появилась внезапно, возникнув из серого ничего. София лежала на «полу» в позе зародыша и тихо рыдала, преисполненная отчаянием.

— Я не могу… не могу… — сквозь всхлипы сказала она.

Суккуб подняла зарёванное лицо и в отчаянии крикнула:

— Я не могу!

Её тело внезапно раскалилось докрасна, покрываясь сетью трещин.

Сквозь них, обжигая даже здесь, в эфемерном мире, пылали адским жаром ненависть и злоба. Форли в страхе отшатнулся — он нисколько не сомневался в том, что вырвись они от него, не осталось бы ничего.

В этот раз Солифилесет удержалась. Схватившись за голову и заорав во весь голос, она сумела унять переполняющие её эмоции. Однако это показывало, что сказанное ей совсем не преувеличение, и что проблема действительно существует.