Всё летит в бездну

Королева Мьюриэл позволила нам занять её личный кабинет, где она сама обычно пишет письма. Здесь удобный стол, полно писчих принадлежностей и самой лучшей бумаги, но всю вторую половину дня мы усердно трудимся, и запасы заметно истощаются.Я строчу послания — одно за другим. Неле, Рэналфу, снова Неле и опять Рэналфу. Гилберт сжигает их над свечой и приказывает пеплу лететь. Раз за разом пепел остаётся смирно лежать на его перевязанной ладони. Повязка совсем запачкалась.

Нас зовут к ужину, но мы отказываемся. Точнее, не мы отказываемся, а Гилберт.

Я-то уже было открываю рот, чтобы согласиться. И хотя ради друга мне приходится остаться, я всё равно считаю, что мы ничем не поможем Неле, если помрём от голода. Ещё немного, и я точно помру.

Кто-то опять негромко стучится. Затем дверь приотворяется, и в комнату робко заглядывает королева Мьюриэл.Её тёмные волосы, так гладко уложенные с утра, растрепались, и на волю там и сям вырвались непокорные кудряшки.

— Ну как, есть ли новости? — шепчет она, окидывая нас взглядом синих глаз.

— Ничего? Как жаль! Но я уверена, всё будет хорошо. Вы не спустились, но может быть, позже захотите перекусить. Мы принесли вам немного еды. Фергус, заходи!

Король Фергус, пыхтя, заносит тяжеленный поднос и с трудом находит место среди бумаг, куда можно было бы его водрузить.

— Кушайте, вам следует подкрепиться, — хлопочет вокруг нас королева Мьюриэл. — Как рука, сильно болит? А исцелить себя ты не можешь?

— Рука меня не беспокоит, — Гилберт упрямо стискивает зубы.

— Не до неё сейчас. И я пока не голоден, спасибо.

— Может быть, попросить у лекаря успокоительный отвар? — предлагает королева. — Вам бы поспать. День выдался нелёгким, да и поздно уже.

— Я не хочу спать, не волнуйтесь обо мне, — отмахивается Гилберт. — Мне всё равно не уснуть, пока я не узнаю, жива ли Нела и где она.

— Если что-то разузнаешь, сразу сообщи нам, — просят король Фергус и королева Мьюриэл. — В любое время, мы будем ждать.

Пожелав нам успехов в поисках, они уходят.

Гилберт упорно отказывается от еды, потому мне приходится съесть и его порцию супа.

— А жаркое будешь? — с надеждой спрашиваю я.

— Всё ещё не голоден, — цедит сквозь зубы Гилберт. Сейчас он пишет письма вместо меня, и левой рукой ему это удаётся с трудом.

— Зачем нам отправлять послания без перерыва? Передохни хоть немного, не то мы скоро всю бумагу изведём.

— А если Нела лишь на короткий срок окажется снаружи? — спорит Гилберт, не соглашаясь прерваться.