Самозванка. Кромешник

Аметист, ловя свечные отблески, хищно помаргивал в полумраке, точно глаз притаившегося зверя. Зенки самого кровососа напоминали узкие щели: «прищур Эзры», как и «улыбка Тэрглоффа», прочно вошли в национальный фольклор.

– Адалин, – кивком поприветствовал вошедших Советник, жестом велев Гристофу прикрыть тяжёлую дверь. – С возвращением.

– Мессир Гуинхаррэн, – церемонно откликнулся Упырь, разглядывая изысканный цветочный орнамент, тончайшей серебристой вышивкой оплетавший обшлаги и ворот «лисьего» кафтанца.

Вышивка имитировала побеги дикой розы, ломкие и угрожающие. Запутавшиеся в этом буреломе певчие пташки выглядели предостережением.

Эзрэль задумчиво пригладил собранную в аккуратный хвост копну цвета речного песка. Блёкло-рыжий, мешаясь с сединой, придавал ему ещё большее сходство со степной лисицей. Физиономия Советника неприятно осунулась и заострилась за время отсутствия Упыря, чему Адалин мог и позлорадствовать, кабы не происки здравомыслия. Выводы напрашивались самоочевидные.

– Донесения твои доставлены вестовым из Поста и переданы Её Величеству, – сообщил Советник с тонкой улыбкой непринуждённого коварства. – По обычаю, лично в руки. Наша добрая Королева в трепетном ожидании объяснений. Однако я тешил себя надеждой, высокородный мессир Адалин сочтёт возможным уделить немного своего бесценного времени смиренному слуге блистательной до… встречи.

От медовой сладости интонаций сводило скулы. Фладэрик непроницаемо улыбнулся в ответ, равнодушно встречая едкий прищур, привычно пригнул голову в знак почтительного внимания.

Слухи. Ядовитые, терпкие сплетни, липкими косами заплетавшие двор. Упырь поднаторел в сооружении соответствующих выгородок, направление тех сказок корректируя. Удивительно, что и Корсак попался. Хотя, без сомнения, не мог не заподозрить.

Донесения, в отличие от личной корреспонденции, проходили через Эзру и его помощников. О чём ретивый командирчик крепости, так некстати щегольнувший гражданским рвением, разумеется, не имел ни малейшего понятия.

Вот и снабдил вестового дикими инструкциями. А тот, ничтоже сумняшеся, исполнил. Свитки Валтаровы, к худу или к добру, и впрямь проскользнули мимо загребущих ясновельможных лап.

– Мессир Гуинхаррэн удивляет меня своей скромностью, – заметил Адалин, тщательно выравнивая тон. – Юный командир Прихоти, неискушённый в тонкостях службы, превратно истолковал увиденное и отдал нарочному некорректный приказ.