Солнце цвета стали

Непобедимый воин зашатался, глаза его погасли. Тяжелое тело почти беззвучно рухнуло на песок. Громыхнули доспехи, не сумевшие защитить владельца.

Ивар облизал пересохшие губы, и только в этот момент понял, что вокруг вновь тихо. Зрители, потрясенные стремительной и кровавой развязкой поединка, молчали. На многих лицах застыло удивление, кое у кого зародилась мысль о том, что их обманули...

Слишком уж быстро и легко все закончилось.

- Схватку выиграл Ивар Ловкач! - вскричал глашатай, в голосе его прозвучала растерянность.

Ивар вложил меч в ножны и зашагал назад, к проходу между трибун. Все время, что он шел, зрители молчали, и лишь когда арена опустела, до викингов донеслась волна криков, хлопков и свиста.

- Здорово ты его, - сказал Хаук невозмутимо. - Но слишком долго возился.

Ивар вытаращился на конунга.

- Надо было не давать ему бить, - пояснил тот, - а сразу атаковать.

- Ладно, пойдем, - проговорил Арнвид. - Тебе нужно отдохнуть. Как я понимаю, до следующей схватки еще полно времени.

- Да я не устал, - ответил Ивар, стаскивая с головы шлем.

Мимо как раз прошагал воин, идущий на арену. На викингов глянул сердито, словно на заклятых врагов.

- За тебя это сделаю я, - покачал головой Хаук. - А ты иди. Чего тут торчать?

Когда Ивар вновь оказался на арене, то солнце значительно переместилось, и щедро поливало расплавленным золотом восточную часть цирка. Часть трибун на западе оказалась в тени.

- Ну, кто на этот раз? - спросил он, глядя, как по проходу уносят потерпевшего поражение поединщика.

Шлем на голове смуглокожего воина был разбит неимоверной силы ударом, из-под него сочилась кровь. С носилок безвольно свешивалась рука, на которой слабо пошевеливались пальцы, говоря о том, что бедолага жив.

- Какой-то тип из дворцовой стражи, - ответил Хаук, - он бился сразу после тебя. Силы в нем много, а вот ума совсем нет. Помни об этом.

- А этого кто уделал? - эриль кивнул в ту сторону, куда утащили носилки.

- Тот самый Бузислав, - вздохнул конунг, - и сделал он это очень умело.

Глашатай, слегка охрипший от беспрерывных воплей, объявил выход Ивара. Имени противника викинг не расслышал, оно потонуло в восторженном реве зрителей, не забывших первую схватку.

Песок на арене не сверкал, как утром, он был истоптан и изрыт, словно тут веселились опившиеся пива свиньи, кое-где виднелись неопрятные бурые пятна. Ивар разглядел белеющие в одном из них белые кусочки выбитых зубов.