Необычайные приключения в Нижних Пряничках

— Иди сюда, моя прелесть!

Прелесть отреагировала молниеносно.

Существо сорвалось с места, не реагируя на протестующие вопли тьмушек, и в свете факелов народу явился ревун во всей своей красе. Огромный медведь, наделенный двумя парами глаз и большими ушами с кисточками не на шутку разозлился таким к нему обращением. Сильные лапы несли его прямо на бабу Маню, и ещё немного, и маленькое старушечье тельце, оказалось бы в пасти твари.

Но баба Маня оказалась хитрее.

Как только ревун достиг определённой точки, она замахнулась, и со всей дури швырнула сковородку прямо ему в лоб.

Раздался протяжный бздын-нь, ревун взвизгнул и рухнул на землю. По инерции проехав ещё несколько метров, он замер прямо у ног бабы Мани и она победоносно поставила на него свою маленькую ножку и вскинула вверх руки.

Горожане безмолвствовали.

Они и раньше подозревали, что у милой бабушки, пекущей самые лучшие в мире блинчики, есть какие-то секреты. Но они даже не подозревали, что эти секреты размером со взрослого ревуна.

— Ну чо, молодёжь, — баба Маня повернулась к пребывающим в шоке людям и они, инстинктивно и очень слаженно, сделали шаг назад. Старушка усмехнулась. Люди сделали ещё один шаг. — Да ладно вам, — она всплеснула руками, — с этим потом разберёмся. Сначала спасём нашу принцессу!

И, не обращая внимания на взгляды, которыми её провожали, начала проталкиваться сквозь толпу в сторону небоскрёба.

Дальнейшие события отпечатались в памяти Афони красноватыми всполохами, чадящими факелами и вонью палёной шерсти.

Ящики с бутылками иссякли, и они отбивались от нечисти чем под руку попадётся.

Он обнаружил в себе невиданное мужество. Особенно когда на Катеньку набросилась стая пушистых зверьков, которых здесь все называли тьмушками, и начали оплетать паутиной.

Афоня бросился к ней, размахивая огрызком стула, и не успокоился, пока не разогнал всех. Катенька ему устало улыбнулась и благодарно чмокнула в щеку. Желудок Афони сделал сальто, и он не мог отвести глаз от алых губ Катеньки, но момент прервал Савка, выскочив из ресторации:

— Там баба Маня!

Но Афоня уже и сам видел оранжевое зарево и тени на стенах домов.

Люди шли защищать свой город.

Ночная и дневная жизнь схлестнулись в яростном поединке. Вокруг визжало, кричало, сыпало проклятиями. Звенели вилы, сталкиваясь друг с другом и с панцирями существ, о которых не слышала даже Катенька.

До рассвета оставалось ещё очень долго.

Турист прислонился к дереву и закурил самокрутку.