Необычайные приключения в Нижних Пряничках

Сначала Афоня почувствовал лёгкое подрагивание камешков под ногами, а затем вибрация начала нарастать. Уже дрожали камни побольше, зашуршали листьями деревья, зазвенели стёкла в оконных рамах.

И вдруг раздался звук, словно что-то лопнуло.

Ударная волна от посоха повалила людей. Нечисть завизжала и зарычала. Они бросились врассыпную, пытаясь укрыться от смертельной волны силы, и те, кто не успел, превращались в невесомый пепел, растворяясь в ночном воздухе.

Сила бурлила вокруг туриста, закручиваясь в искрящийся водоворот, и снова вспыхнула, электризуя воздух до такой степени, что волосы поднимались дыбом.

Афоню обдало волной жара и она понеслась по улицам дальше. Она заглядывала в каждый уголок, проникала в каждую щель, уничтожая каждую попавшуюся ей на пути тварь.

Город очищался.

Да и сам турист начал меняться.

Седые волосы темнели, расправлялись плечи, прибавляя ему роста. Разгладились морщины на суровом лице и голубоватым всполохом зажглись глаза.

— Городовой, — выдохнула Катенька, тяжело поднимаясь с земли.

— Вернулся!

— Где ж тебя носило, окаянный! — заголосила баба Маня. — Столько лет без тебя тут жили! Распоясалася нечисть совсем! А ну, пустите меня! — она принялась расталкивать толпу локтями, чтобы подобраться поближе.

Толпа благоговейно замерла.

Афоня думал, что такое возможно только в фильмах. Когда по задумке режиссёра люди стоят и просто смотрят, как встречаются после разлуки родственники, а потом все обнимаются и плачут.

— Здравствуйте, Марьяна Баженовна, — городовой низко поклонился, коснувшись кончиками пальцев земли. — Смотрю, всё молодеете?

Баба Маня смерила его уничижительным взглядом, похлопывая по ладошке сковородой, а затем вдруг расплылась в беззубой улыбке и махнула рукой.

— И как на тебя, паршивца, злиться, — она шмыгнула носом. — Иди обниму!

И для Афони фильм превратился в реальность.

Люди действительно смеялись, обнимались, плакали, поздравляя друг друга невесть с чем. Какой-то огромный мужик сжал Афоню в крепких объятиях, благодаря за то, что с его появлением в город вернулся мир.

Женщина с обмотанной полотенцем головой, похлопала его по плечу, уверяя, что он должен остаться в городе и жениться на Катеньке, потому что они созданы друг для друга, а Афоня в общем-то даже не был против такого расклада.

Даже хмурый Савка кивнул ему, осторожно придерживая за плечи хрупкую девушку, в руках у которой был обыкновенный лом.