Рыцарь пентаклей

- Потому что ты идиот, - процедил старик с моноклем и снова обратился к Ординари: - Как видите, в этот раз мы вас перехитрили. Надо ли упоминать, что дом окружён нашими людьми?

- Нашими? – поднял бровь Шиллинг. – Мои люди сейчас на своих местах. Что ты собираешься делать, старый хрыч?

- Побеседовать с нашим уважаемым хитрецом. А потом, - Гриф плотоядно ухмыльнулся, как будто увидел свежую тушу антилопы, - мы обсудим передел империи Шрама.

- Думаю, о людях не стоит упоминать, - заметил юноша. – Кстати, о них…

Гриф подавился словами и уставился, тяжело дыша, за спину молодого человека.

Монокль выпал – глаза старика распахнулись широко-широко. Судя по звуку камнепада, с потолка только что спикировал Скульпо. Но это был не конец концерта: по залу пронеслась стая летучих мышей. Воцарился столь милый сердцу Орди хаос – крики, грохот мебели, звон посуды и падающих ножей, выстрелы в пустоту. Юноша воспользовался замешательством Грифа и заехал ему в глаз. Оружие старика упало, и новичок-выскочка быстро им завладел.

- Топрый фечер! – поздоровался Виго, собравшийся в противоположном углу комнаты. Он улыбнулся, сверкнув выпущенными наружу клыками, и с большим любопытством осмотрел шеи присутствующих. Присутствующие сделали выводы и шеи инстинктивно прикрыли.

- Что-то случилось, лорд Ординари? – Нильс, который размахивал на ходу здоровенной драгунской саблей, стал единственным кто зашёл как положено – через дверь. Зашёл – и глухо зарычал. А вслед за ним, протискиваясь боком из-за собственной высоты и ширины, в комнату ввалилось нечто, определённо похожее на человека.

По крайней мере, формой. В остальном это самое «нечто» напоминало человека так же, как варан напоминал ящерицу.

Огромные рельефные мышцы торса тяжёлыми валунами перекатывались под загорелой кожей, которой хватило бы на цирковой шатёр. От шагов широких ног немного вздрагивал весь дом, а под рогатым шлемом располагалось столь устрашающее лицо, что слово «морда» в его отношении было вполне себе комплиментом.

Помимо шлема у этой машины смерти не было никакой одежды, если не считать набедренной повязки, сшитой из медвежьих шкур. Зверей можно было только пожалеть: судя по виду хозяина повязки, они отдали ему свой мех добровольно.

За спиной у громадины висел меч. В век шпаг и сабель меч был странным и архаичным оружием, но представить себе этого громилу, вооружённого чем-то меньше алебарды, не представлялось возможным.