Рыцарь пентаклей

– Но в любом случае я хочу, чтобы ты держал меня в курсе всего!

Череп ощутимо дёрнулся, как будто от неприязни. Глаз засиял ярче.

- Поубавьте тон, молодой человек, - отчеканил он так, что Орди захотелось вытянуться во фрунт. – А то в последнее время мне слишком часто кажется, что ты перетягиваешь одеяло на себя.

Щёки Ординари зарделись от несправедливого обвинения:

- Я?! Перетягиваю? – воскликнул он. – Я же просто хочу как лу...

- Сядь! – это слово, произнесённое очень тихо, не было приказом, но юноша даже не задумался, что можно не подчиниться.

Он опустился в кресло и уставился на короля. – Вот в этом и кроется вся проблема. Ты хочешь как лучше. Я хочу как лучше. Но у нас разные методы и подходы. Ты не приемлешь насилия: возможно, из-за идеализма, возможно, из-за чего-то ещё. Но как по мне – просто потому, что не умеешь им пользоваться. А я умею. И потому в моих руках насилие не будет чем-то плохим. Всего лишь инструмент. Как твои хитрости и уловки. Топором одинаково можно рубить как деревья, так и головы.

Орди хмыкнул.

- Хочешь выражаться фигурально – давай. А что, если твой топор соскочит и попадёт в чью-нибудь голову? Что если ты допустишь ошибку? Сегодня пострадали те, кто жил у рынка: у них сгорели дома, но могли сгореть и они сами. А если бы огонь вовремя не остановили? Сколько тогда было бы жертв и разрушений? Может, лучше вообще не использовать такие ненадёжные методы?.. Да, ты прав, я не знаю, как использовать насилие, и не в последнюю очередь благодаря пониманию, что его можно не использовать вообще.

Если без него можно обойтись, то для чего оно тогда нужно? – Орди пожал плечами.

Тиссур хмыкнул:

- Потому что насилие – это и есть власть. Верней, право его применять и вера людей в то, что это право у тебя есть. Ты пойми, власть – она не в буквах на бумаге, не в коронах, не в тронах и не в стенах замков. Она начинается тогда, когда ты можешь кому-нибудь съездить по морде и тебе за это ничего не будет. Даже более того: тот, кому ты врезал, ещё и останется виноват.

У власти вообще много форм: деньги, сила, армия и так далее, но суть одна - это право на насилие и принуждение.

Орди нервно дёрнул щекой:

- Ладно, пусть так. Как бы там ни было, такие вещи нам нужно обсуждать. И я ничего не пытаюсь на себя перетянуть, что бы ты ни думал.

- Я допускаю, это происходит неосознанно, - смягчился король. – Но почему-то несмотря на все усилия весь город знает лорда Ординари, а не короля Тиссура.