Рыцарь пентаклей

- Можешь сказать, где находится твоё имение, мы все туда с удовольствием заглянем.

- Мне показалось, или это животное что-то сказало? - поинтересовался рыжий офицер, поворачиваясь к остальным. Те в ответ загудели что-то возмущённое.

- Так проучи меня, - от усмешки Йоганна даже у Орди по спине побежали мурашки. Молодой человек очень живо представил, как слуги будут долго и печально отскребать от крыльца то, что останется от дерзких вояк. - Или вам страшно?

- А что, господа? - офицер-блондин скривил аристократически тонкие губы.

Гвардейцы быстро покинули балкон, а Орди и Виго отошли подальше, чтобы не попасть под горячую руку.

Не прошло и половины минуты, как из дверей, едва не сбивая гостей с ног, высыпала троица в алых мундирах и без лишних разговоров вынула сабли из ножен. Йоганн на это лишь усмехнулся. Сняв с плеча одну из шкур, он обмотал ей кисть и предплечье, поигрывая мышцами.

- То есть, вот так принято биться в гвардии? - ухмыльнулся варвар. - Трое на одного? А как же кодекс дуэлей и всё такое?

Рядом с местом конфликта начали собираться гости. В этом смысле все жители Брунегена, независимо от благосостояния и положения в обществе, были одинаковы: шоу пропускать никто не хотел.

- Дуэль? Серьёзно? - фыркнул рыжий офицер. После его слов Орди поморщился: в воздухе стало слишком много алкогольных паров.

Йоганн оценил ситуацию и медленно отступал, пока гвардейцы пытались его окружить. Несмотря на опьянение, они твёрдо стояли на ногах и действовали умело: не лезли вперёд, очертя голову, а старались обойти варвара с флангов. Орди начал волноваться: он не сомневался в силах своего подчинённого, но складывалось впечатление, что всё изначально пошло не по плану.

Шаг за шагом Йоганн пятился в сад, к огромному древнему дубу с раскидистой кроной. Гвардейцы кружились вокруг варвара и делали пробные выпады, от которых тот уворачивался с удивительной для своей комплекции лёгкостью. Орди слышал возгласы – как восхищённые, так и негодующие. На расстоянии вытянутой руки от него круглый старичок в генеральском мундире громко сетовал на то, что нельзя сделать ставку.