Рыцарь пентаклей

- Наверняка в мире многое изменилось.

Орди открыл второй:

- Например?..

- Ты не считаешь, что я одет не по моде?

Молодой человек не удержался и громко фыркнул.

- Что? Что такое? Почему ты так отреагировал? – заволновался Тиссур.

- Ничего, ваше величество. Можешь мне поверить, твой наряд будет актуален ещё пятьсот лет.

Дорога до столицы затянулась на несколько дней. Чем ближе к Брунегену, тем шире становился тракт, тем больше на нём встречалось телег, возов, карет и всадников. Вообще, всего встречалось больше – людей, деревень, засеянных полей, трактиров и почтовых станций, к которым то и дело подлетали на взмыленных конях гонцы и мчались дальше, заменив скакуна.

В воздухе витало огромное количество пыли, а под хвосты лошадям пришлось повязать специальные мешочки: дорожная служба ревностно следила, чтобы на тракте не появлялось ничего лишнего.

- Вот это уже больше похоже на то, что было раньше, - ворчал Тиссур. – И всё равно не то. Бардак кругом…

Цепочка телег разрасталась, после каждого постоялого двора и поворота пополняясь новыми звеньями, и со временем потеряла начало и конец.

Тракт расширился настолько, что на нём могли разъехаться шесть экипажей и ещё осталось бы место на обочинах: для особых посланников Регента, сновавших туда-сюда на быстрых тонконогих лошадях.

Орди никогда не бывал раньше в большом городе, а потому испытывал воодушевление и сильный трепет. В своё время он слышал множество страшных баек об этом месте: деревенские называли столицу в лучшем случае помойкой и вертепом, а это означало лишь одно – развлечения и по-настоящему безграничные возможности.

Наконец-то он сможет сорвать большой куш и проверить собственный ум. Пришло время узнать, стоят ли его мозги чего-то. Разумеется, придётся выдумать что-нибудь получше обнищавшего принца, но это только подстёгивало интерес.

Обозники держались обособленно, старик долго, витиевато и, постоянно сбиваясь на воспоминания о молодости, рассказывал правила поведения в городе.

- А если за вами женщина, одетая по-срамному, вдруг начнёт увиваться, даже не слушайте! Не слушайте, не смотрите, а сразу же домой!.

. А то знаю я их, околдуют, сделают свои дела и начнут деньги требовать!

Один возница толкнул локтем сивоусого дядьку и спросил, хитро сощурившись.

- А что, дед, с тебя того… Много денег-то стрясли?

Старик мечтательно улыбнулся.

- Да уж прилично.

В день, когда караван должен был достигнуть города, юноша пребывал в радостном возбуждении.