Три серебряные монеты (и прочие формальности)

Вытолкнув сына из комнаты дочери, Юхен-патер обернулся в сторону Иммисандры и подмигнул ей. Он был очень доволен, что выкрутился из ситуации и оставил ароматное дерево при себе. А значит и затее с туалетом в дворянском стиле ничего не угрожает.

– Вы только следите, чтоб не запил, – беспокоилась Брюнгильда. – А то печень никому не продадите потом.

– Спасибо за заботу, учту ваш совет, – улыбнулась в ответ Иммисандра.

– Вот, возьмите еще это, – мать семейства протянула ей склянку с маринованными грибами. – Очень вкусное блюдо по семейному рецепту.

Это в подарок. Можете еще остаться с нами на ужин, надеюсь, убогая наша пища не оскорбит ваш вкус.

– Мой вкус не оскорбит, но у меня действительно мало времени. Если с делом покончено, пора двигаться дальше. Спасибо за приглашение, но поем я уже в пути. Можете сына покормить по-быстрому.

– Пф, перебьется, – махнула рукой Брюнгильда и подошла к мерно сопящей дочери. Убедившись, что никакие конвульсии больше не тревожат маленькое тельце, мать нежно поцеловала Йоханну в лоб.

– Учтите, больной нужна особенная диета! – чуть не забыла предупредить Иммисандра. – Неделя уринотерапии (перед каждым приемом пищи), бульон из крапивы и сырые овощи с огорода. Немытые, чтобы сохранялись все полезные свойства.

Собрав все свои пожитки в небольшой мешок, Юхан уже ждал Иммисандру у выхода. Глупая улыбка, несмотря на все старания, никак не сходила с его лица.

«Может, стоит потребовать что-нибудь другое?» – размышляла Иммисандра. Обежав глазами двор, она не нашла ничего, чтобы представляло необходимую ей ценность.

Ствол березки розоватой Юхан-патер уже хорошенько перепрятал. – «А, Ка-Тул-Ха пусть поберет всю эту семью. Если начну спорить, потеряю еще минимум полдня. На крайний случай, этот парень может занять место вешалки для шляпок или пугала на огороде».

Юхан-патер и Брюнгильда вышли, чтобы помахать и пожелать Иммисандре приятного обратного пути. Юхан помахал им, продолжая улыбаться. Лишь отойдя на значительное расстояние от их имения, ведунья спросила юношу:

– Как ты думаешь, куда и зачем ты идешь?

– Патер сказал, что я должен пойти с вами и что-то по-быстрому сделать, – отвечал он, почти не путаясь в словах.

– Сказал, что вы потом мне все объясните.

– Дойдем до ближайшей харчевни и объясню, – равнодушно бросила Иммисандра. – Не думаю, что тебе понравится то, что ты узнаешь.

– Не беспокойтесь. Меня не даром назвали в честь Юхана Блаженного. Я сам юхист. А значит философски отношусь ко всем проблемам.